Светлана Рюмина

Остаться незамеченной

Пролог

Обычно в нашем мире люди стараются выделиться из толпы. Сделать так, чтобы их заметили. Они надевают яркую или необычную одежду; кричат о себе на каждом углу; их любимым словом становится «я». Мне же нужно слиться с толпой. Сделать так, чтобы они поверили, что я одна из них, что я принадлежу им. Я узнала слишком много, чтобы вернуться домой. Я позволила себе зайти слишком далеко. Мне негде спрятаться, ведь я их главный экспонат. Все мои ошибки на виду. Они же отравили всю мою правду сомнениями. На чьей я стороне? Кому я доверяю и доверяю ли? Я должна была стереть свои воспоминания, но поступила так, как захотела, а кто прав – решать вам.

Глава 1

Дорога в никуда

Я быстро схватила спортивную сумку с необходимыми вещами и вышла из дома. Меня отправляют на миссию. Я работаю разведчицей, и мне поручили найти клан Фортис[1]. Его искали много лет, но так никому и не удалось его обнаружить. Эта моя уже сто пятьдесят первая попытка довести поиск до конца.

– Одетта!

Это сказал мой отец. Остановившись на середине дороги, я повернулась и вопросительно посмотрела на него. На моём лице было написано: «Ты ведь знаешь, они не терпят, когда я опаздываю. Зачем ты меня задерживаешь?»

– Одетта, мне сейчас звонили насчёт твоей миссии – сказали, им нужно, чтобы ты была через пять секунд, – передал он, всё ещё держа трубку телефона, затем положил руку на динамики и сказал уже лично мне:

– И, дорогая, мне жаль, что они вызвали вас троих именно сегодня. Я знаю, как важен для тебя этот день.

Я вздохнула – мне придётся телепортироваться. Но я так далеко… Значит, потерплю. Сколько раз я просила родителей переехать поближе к моей работе? Но мама отвечала, что если так сделаем, то они и вовсе от меня не отстанут, и их офис станет вечным местом моего пребывания. Закрыв глаза, я попыталась сосредоточиться, но вдруг услышала звук машины. Водитель громко сигналил и выкрикивал что-то непонятное. Отец кричал, что я должна немедленно отбежать, пока меня не сбили. Дело в том, что в нашем клане Инконспиквам[2] мы можем телепортироваться, только когда спокойны. В таком шуме и гаме это непросто, но я могу это сделать, именно поэтому я одна из лучших. Я вдохнула и тут же оказалась в просторном кабинете, где, судя по недовольным лицам присутствующих, меня давно ждали. Ну, конечно, ведь пятнадцать секунд – это так невыносимо.

– Теряешь форму, подруга! – поддразнил Эдмонд. С ним я езжу на все миссии. Он обнажил свои белые зубы в улыбке и протянул мне руку.

– Заткнись, – сказала я. И специально не заметив его руки́, наклонилась к столу всем телом. Из-за телепортации на большое расстояние я начала задыхаться и кашлять, из носа пошла кровь. Может, я и ответила грубо, но терпеть не могу, когда мою слабость выставляют напоказ.

Иногда мне хочется, чтобы я выглядела как он. У него белые волосы, загорелая кожа. Он не отличается от других, а когда смотрят на меня, они видят чужака. У меня бледная кожа и чёрные, как ночное небо, волосы. Дело в том, что в клане Инконспиквам у всех волосы и глаза светлого оттенка, а кожа загорелая. Я же выгляжу как человек из клана Фортис: у них чёрные или тёмно-коричневые с холодным отливом волосы, бледная кожа и карие глаза. Мой отец, Орелин, как раз из этого клана, но каким-то образом он очутился в Инконспикваме. Сам он не говорит, что случилось. Он практически не помнит, что было в Фортисе, но благодаря пребыванию отца там, мы смогли сшить точно такую же одежду, как у них, в которую я сейчас и переодеваюсь. Выглядит она как военная, только больше бежевая, чем зелёная. Светлые глаза у меня по маминой линии – она из клана Инконспиквам. Наш клан обладает такими способностями, как абсолютная память, абсолютное зрение и телепортация. Мы помним каждую мелочь, всю информацию, которую мы когда-либо прочли. Благодаря этой способности у нас максимально развиты технологии. При помощи абсолютного зрения мы можем видеть ночью и разглядеть любую деталь. С телепортацией всё не так просто – это самая сложная способность, не все владеют ею в совершенстве, поэтому не все могут телепортироваться на дальние расстояния. Телепортация отнимает много сил, поэтому её используют редко даже те, кто хорошо освоил этот навык. Я одна из немногих, кто максимально развил телепортацию, поэтому в свои восемнадцать лет принудительно работаю разведчицей на государство. Я собираю информацию о других кланах. Сейчас наша цель – узнать всё о клане Фортис: о их нахождении, способностях, и выяснить, представляют ли они из себя угрозу.

– Одетта! Наконец-то ты здесь. Ты представить себе не можешь, что произошло! – радостно проговорила Лиана – моя напарница наравне с Эдмондом. Девушка только вошла в офис. Она среднего роста, со светло-русыми волосами и голубыми глазами. Когда она улыбается, на её щеках образуются ямочки.

– Расскажешь ей по пути, – отрезал Джаред – главнокомандующий по нахождению Фортиса.

Только я выпрямилась и оставила свою опору – стол, как вдруг Эдмонд и Лиана подхватили меня. Они телепортировались внутрь телескопического трапа, ведущего к летательной машине, и прихватили меня с собой. На другом конце рукава видно сам «самолёт»: с виду он плоский, круглый и сделан из прочного металла. И только я выдохнула после перемещения, как напарники вновь подхватили меня и понесли вдоль трапа к машине, которая унесёт меня на тысячу и тысячу километров отсюда. Как только мои друзья оставили меня, я повернулась, чтобы задать вопрос Джареду, но он закрыл перед моим носом прозрачную дверь. Я пнула дверь ногой и одновременно ударила в неё кулаком. Джаред это увидел, но решил, что я просто сегодня нервничаю. Мы не должны быть здесь! Мне нужно было попросить его в этот раз заменить нас кем-нибудь другим – через шесть часов у нас выпускной. Ну, может быть, ещё успеем. Смирившись со своей судьбой, я села и пристегнулась перед взлётом. Мои напарники, в отличие от меня, не выглядят расстроенными. Для чего мы здесь? С чего такой переполох? Эдмонд сел на место пилота, он лучший в этом деле. Я бы не доверила другому управление.

– Одетта?

– Что, Эдмонд?

– Мы летим к твоей родне, – сказал он, и я слышала, как он усмехнулся. Блондин надел свои очки в позолоченной оправе и посмотрел на меня поверх них. На самом деле они ему вовсе не нужны, он надевает этот аксессуар нечасто и для вида – говорит, так он выглядит умнее.

– Эдмонд, не томи. Одетта, Джаред воспользовался твоими последними расчётами по нахождению клана Фортис. Сегодня лётчики облетели ту область и зафиксировали там некое движение, похожее на военное, – проговорила Лиана, слегка морщась на слове «военное». – Но они не решились подлетать ближе, так как они не разведчики. – Девушка пожала плечами.

– Это логично. Если что-то пойдёт не так, мы телепортируемся, а они не смогли бы, – ответила я.

Я пыталась ответить непринуждённо, но всё внутри меня сжалось. А что, если что-то пойдёт не так?

После быстрого взлёта я встала и, чтобы отвлечь себя, начала проверять, всё ли мы взяли с собой. Из своей спортивной сумки я достала микрорацию, она цепляется за воротник и передаёт звук на дальнее расстояние. Прикрепив её к себе, на случай если нам понадобится выйти и разделиться, я достала мини-компьютер для записи данных о Фортисе. Оружия у нас никакого нет, так как с телепортацией нам это и не нужно. Мы здесь не для нападения, а для сбора информации. Мне и дела нет до этого, но всё же я спросила:

– Лиана, ты взяла нам жидкость A1?

– Да, возьми её из ящика.

Посмотрев на ящик, я увидела три колбы с красным раствором. Я положила одну в карман с уверенностью, что никогда ею не воспользуюсь. Один её впрыск – и все воспоминания исчезают. Это нужно на случай, если мы попадёмся Фортису, ведь мы обладаем абсолютной памятью и можем описать местоположение нашего клана до мельчайших деталей. Мы обязаны использовать А1 при необходимости, но я не согласна – не думаю, что осмелюсь стереть себе всю память. При встрече с кланом Первидери[3], я думаю, что А1 – это единственное правильное решение, но не с Фортисом. Первидери читают мысли, и скрывать от них что-либо – бессмысленно. О их внешности мало что известно, но есть теория, что у них в основном каштановые волосы. Их отличительный признак – яркие, пронзительно-голубого цвета глаза.

Помимо известных трёх есть ещё один клан, но о нём мы ничего не знаем. И эти четыре клана не могли существовать вместе. Всё началось с того, что у одного учёного было четверо детей: три сына и одна дочь. «Он разработал сыворотку, которая должна была сделать из обычного человека человека со сверхспособностями. Разработывал он эту сыворотку специально для своих детей, и пока не был уверен до конца, что она неопасна для их здоровья, – не задействовал её. Через пять лет, когда ему удалось изобрести то, что он хотел, он дал её своим детям. Однако, чего учёный не ожидал, одна и та же сыворотка подействовала на каждого ребёнка по-своему. Возможно, она просто усилила те качества или способности, которые уже были в его детях Его единственная дочь, представительница Фортиса, стала очень сильной. Старший сын, представитель клана Инконспиквам, приобрёл ночное зрение. Средний сын, отвечающий за клан Первидери, смог читать мысли. О младшем сыне данные не сохранились. Все дети учёного создавали семьи с обычными людьми, а их потомки перенимали эти способности генетическим путём. Далее возникли целые города для отдельных кланов. Но вместе все четыре клана жить не могли, между ними что-то произошло, и они разошлись по разным сторонам. Сейчас мы вынуждены скрываться от других кланов, потому что не знаем, чего от них можно ожидать. Раньше способностью людей из Инконспиквама было только ночное видение, но в дальнейшем у нас развились абсолютная память и умение телепортироваться. Возможно, клан Фортис тоже изменился.

– Нашёл! – вскрикнул Эдмонд.

Я поспешно подошла к одному из окон в пол, установленных по периметру нашего летательного аппарата для лучшего обзора. Мы находимся на высоте десяти километров, и разглядеть Фортисов обычным зрением было бы невозможно, но я ведь из клана Инконспиквам. Нам повезло, что небо ясное и ничто не закрывает обзор. Я увидела дым и красные огни.

– Тут и правда война, но с кем? Здесь только клан Фортис, – сказала я.

– Они дерутся между собой, их клан разделился, – сообразила Лиана. – Видишь? У них разная военная форма. У одних она, как у твоего отца, а у других более серая.

Я посмотрела на местность вокруг поля боя и увидела только степи. Мы не нашли место пребывания их клана, но теперь сможем отследить, куда они пойдут после этой схватки. Я взяла мини-компьютер и вплотную подошла к окну. Мне и Лиане нужно описать их способности. Эдмонд сидит на месте пилота и наблюдает, чтобы нам ничего не угрожало. Я вижу людей, но они исчезают и появляются в другом месте. Они постоянно мерцают на месте битвы, как будто телепортируются. Но они делают это слишком быстро, без сосредоточения. Мы так не умеем. Я перевела взгляд на Эдмонда.

– Эдмонд, подлети поближе, я не понимаю, что там происходит. – Неуверенность в моём голосе заставила обернуться Лиану.

– Ты думаешь, это хорошая идея? Мы не знаем, что у них за технологии, и не можем позволить им узнать о нас, – среагировала напарница.

– Всё в порядке, я думаю, мы можем немного подлететь. – Эдмонд пожал плечами.

Теперь мы на высоте семи километров. Оказалось, что они не телепортируются – они так быстро бегают.

– Лиана, ты это видишь? – сказала я, не поворачиваясь к ней.

– Вижу что? Как он вырвал дерево из земли, чтобы ударить другого? Да, это было сложно не заметить.

– Нет, то, что они быстро перемещаются.

– Эдмонд, стой! Не приближайся, – закричала Лиана.

Я никогда не видела её настолько обеспокоенной. Она впилась взглядом в Эдмонда, её губы поджаты, а руки напряжены.

– Всё в порядке, у меня всё под контролем, – ответил Эдмонд, улыбаясь.

Его улыбка немного успокоила её. Девушка взяла опять мини-компьютер и продолжила заносить данные.

Мы спустились ещё немного ниже, и теперь волноваться начала я. Разглядеть бойцов становилось всё сложнее. Вокруг дым, огонь и мелькающие фигуры людей.

– Я их слабо вижу, – сказала я, подразумевая, что пора сворачиваться и желательно отлететь на безопасное расстояние.

В этот момент наш летательный аппарат начал приближаться к земле.

– Нет, это не значит, что нам нужно снижать высоту! – ответила я с возмущением.

Эдмонд не отреагировал.

– Эдмонд! – повторила я.

Он повернулся ко мне с абсолютно спокойным лицом.

– Хорошо, тогда ты, Одетта, телепортируешься туда и запишешь заметки о них со стороны.

– Что? Нет…

– Одетта, не тяни время.

Я поняла, что спорить с ним бесполезно, либо я спускаюсь туда, либо он спустит летательный аппарат очень низко. Я не пострадаю, а вот про эту груду металла сказать того же не могу. Эдмонд продолжил смотреть на меня. Лиана в этой ситуации выглядела беспомощной, у неё даже не было сил пререкаться с нашим пилотом.

Я закрыла глаза, чтобы сосредоточиться на месте, куда мне надо телепортироваться, – из-за тревоги никак не получалось переместиться туда. Вдруг что-то врезалось в летательную машину. Я упала на пол и ударилась головой. Увидела, как Эдмонд схватился за руль и попытался выровнять нас, но всё тщетно. Лиана сидела, поэтому она осталась цела. Эдмонд повернулся к нам, в его глазах читалась растерянность.

– Нужно уходить, летательный аппарат слишком повреждён, – заявил он.

Я поднялась с пола на локтях и увидела, что мои волосы в крови. Я перевела взгляд на Лиану, она выглядела абсолютно потерянной. Эдмонд поставил летательную машину на автопилот, чтобы нас не слишком трясло. Он перебрался к Лиане и положил свои руки ей на щёки, чтобы она смотрела только на него, – уговаривал её успокоиться и телепортироваться. От потери крови у меня перед глазами всё поплыло. Эдмонд повернулся ко мне.

– Одетта, уходи отсюда!

Его голос прозвучал для меня глухо, будто я под водой. Я поняла, что он не оставит Лиану здесь, – он телепортируется, если только она уйдёт первой. Обо мне он не беспокоится, так как знает, со мной всё будет хорошо – из нас троих у меня лучше всех развита телепортация. Мне нужно подойти к ним и телепортировать Лиану с собой. Я достаточно сильная, чтобы переместить ещё одного человека. Мои руки тряслись, но я поднялась на четвереньки. Вдруг Эдмонд с Лианой исчезли. Я облегчённо выдохнула. Посмотрев в окно, поняла, что до земли несколько секунд. Успокоиться явно не получится. В висках запульсировал страх. Я залезла под сиденье и закрыла лицо руками. 4, 3, 2…

Резкий шум, а затем взрыв. Я сильно ударилась плечом об сиденье, но оказалась в целости и сохранности. Конструкция сиденья достаточно прочная, чтобы выдержать удар об землю. Вокруг меня дым и огонь. Я начала кашлять и задыхаться, поэтому сняла военную куртку и закрыла ею нос и рот. Перед тем как уйти, мне нужно достать взрывчатку. Я начала искать глазами свою сумку – вот она, в трёх метрах от меня. Я вырвалась из-под обломков. Из моей ноги текла кровь, только сейчас я обнаружила в ней железный осколок. Аккуратно вытащив его, я порвала свою майку, чтобы перевязать ногу, а затем доползла до сумки и вытащила взрывчатку. Она срабатывает, только когда её активируешь. Зажмурившись, я телепортировалась за пределы летательного аппарата. Моё тело и так было измождено потерей крови, болью в плече и порезом на ноге, но телепортация забрала все силы окончательно. Качаясь на ногах и борясь с мутным зрением, я достала из кармана жидкость А1. Нет, я не готова отдать свою память. Я не сдамся. Ещё не всё кончено. Я активировала взрывчатку, кинула её вместе с жидкостью А1 в летательный аппарат, чтобы не было соблазна воспользоваться, и одновременно телепортировалась подальше от этого места. Взрывчатка настолько сильная, что она сотрёт аппарат в пыль, не оставив и следа. Из-за нехватки сил, к неожиданности для себя, я телепортировалась недостаточно далеко, и меня отбросило взрывом. Следующее, что я почувствовала, – удар спиной об землю и провал в темноту.

Глава 2

Назад пути нет

Я очнулась, лежа в какой-то больнице, и при попытке пошевелиться моё тело пронзила боль. Она настолько сильная, что я невольно вскрикнула. Первая мысль: «Неужели Эдмонд и Лиана нашли меня и нас забрали домой! Что бы я делала без них». Стены палаты были сделаны из кирпича, окрашенного в серый цвет, а свет проникал в комнату из маленького окна. Это меня смутило, так как я привыкла видеть белоснежные палаты с окнами в пол и тонкими стенками. Должно быть, мы где-нибудь на окраине клана Инконспиквам, но почему? Напротив меня небольшое окно, за ним я смогла разглядеть людей в военной форме, точнее в форме клана Фортис. Они выглядят как я – у них тёмные волосы и бледная кожа. Ошеломляющая мысль зазвенела в моей голове: «Я нахожусь в Фортисе». Это невозможно! Только не это! Дыхание спёрло, паника ударила в голову. Несмотря на боль, я попыталась встать, чтобы сбежать, но наделала слишком много шума.

– Тихо, тихо. Не шевелись, ты ещё слишком слаба, – сказала медсестра, которая вбежала из-за грохота. На миг она выглядела радостной, но затем радость сменилась удивлением или даже ужасом.

– Твои глаза. Они зелёные.

Она встала в проёме, не рискуя подойти ко мне. Я не знала, что ей ответить, поэтому между нами повисла слишком долгая пауза. Медсестра продолжала смотреть на меня настойчиво, требуя ответа.

– Твои глаза, – повторила она.

– Я знаю. Я такой родилась, – сказала я с осторожностью в моём голосе.

Знают ли они, кто я и откуда?

– Ладно. Как тебя зовут?

Она сменила тему, но по её выражению лица было понятно, что мой ответ не удовлетворил её. Я не могу сказать ей моё имя. Я не знаю почему, но моя интуиция подсказывает мне, что этого делать не стоит.

– Не помню.

– Да, ты сильно ударилась головой. Это могло навредить твоей памяти, но не беспокойся, на снимках врач не обнаружил сильных повреждений, память вскоре вернётся к тебе. Ты пролежала здесь месяц, я уже начала думать, что ты не выживешь, да ты и не должна была после таких травм. – Медсестра, не обнаружив с моей стороны агрессии, расслабилась и подошла ко мне. – Но на то мы и члены клана Фортис – мы сильные и непобедимые.

Последнюю фразу она сказала таким тоном, каким говорят с детьми, когда пытаются успокоить их. Сквозь головную боль я поняла, почему она сказала «мы» и «клан Фортис» в одном предложении – они приняли меня за свою.

– Дело в том, что мы тоже не смогли определить твою личность. База данных не находит тебя. Ты приезжая? Откуда ты?

– Я ничего не помню.

– Хм, я приглашу сюда Севира, он где-то здесь неподалёку. Ему лучше знать, что с тобой делать. Но скажу тебе по правде, было бы намного лучше, если бы ты помнила. Если ты окажешься неопознанной в южной базе данных, то у тебя будут большие проблемы.

Она уже направилась к выходу, но мне нужно знать, кого она позовёт. Опасен ли он?

– Кто такой Севир?

– Да уж, сильно ты ударилась головой. Ты должна знать Севира, раз уж воевала месяц назад. Севир – это заместитель лидера по военным действиям. Он также тренирует солдат в военном училище, лучшие из которых были на сражении, где нашли тебя.

Она вышла, закрыв за собою дверь. Я навела на себя уже слишком много подозрений, мне срочно нужно узнать всё о клане Фортис. Мне нужно попасть в их библиотеку… Нет! О чём это я?! Единственный выход – это сбежать отсюда немедленно.

Я уже хотела броситься к окну, но за дверью послышались голоса.

– Ты говоришь, её нет в базе данных? – прозвучал голос мужчины.

– Да, возможно, она приезжая, может, из деревни, – ответила девушка.

Дверь распахнулась, в палату зашли двое мужчин и медсестра, с которой я ранее говорила. Первый, что вошёл, обладал высоким ростом и чёрными волосами с длинной чёлкой, зачёсанной наверх. Его лицо мраморно-белое, на нём нет морщин. Оно словно неживое. Глаза цвета тёмного шоколада отливают холодным светом. Посмотрев на него, я подумала, что, должно быть, его и зовут Севир. Его должны были так назвать за холод, который исходит от него. Он одет в военную форму, на куртке красуются различные медали. Он посмотрел на меня и ехидно улыбнулся. От его взгляда мне стало некомфортно. Я перевела взгляд на другого. Он пониже ростом. Выражение его лица более доброе, хоть он и выглядит строго. Его волосы тёмно-коричневого цвета с холодным отливом. Взгляд строгий и пронзительный, но одновременно живой. Его глаза светло-карие, холодные, словно стальные; смотря в них, нельзя угадать, что он чувствует. Увидев меня, он оторопел, словно узнал. Оба посетителя спортивного телосложения. На вид им не больше двадцати четырёх лет.

– Итак, значит, у тебя зелёные глаза, – сказал мужчина с мраморным лицом. У него грубый, громовой голос.

– Севир, она к тому же ничего не помнит, она не знает своего имени, – сказала медсестра, переступая с ноги на ногу. Она переживает, но почему? Беспокоится она сейчас за меня или за себя? Но, когда наши взгляды столкнулись, стало ясно – она боится именно меня.

– Дадим ей новое, – непринуждённо ответил Севир.

Моя догадка оправдалась – именно его так зовут. Но настоящее ли это имя, или его так прозвали за какие-то дела? От этой мысли во мне всё сжалось. Вряд ли он оставит меня живой, если узнает, что я из другого клана.

– Как насчёт имени «Вивьен»? – обратился ко мне другой мужчина. У него звучный голос, ровный.

– Почему «Вивьен», Ник? – спросил Севир, не отворачиваясь от меня.

– Оно переводится как «живая». Это удивительно, что она выжила после таких травм, – ответил он, пытаясь лучше разглядеть меня. На его лице появилась ухмылка.

– Сойдёт, – выдавила я.

– Ну так что, Вивьен, ни одна база данных не узнала тебя, – сказал Севир.

– Она, возможно, дочь генерала Джейда Коллинсона. Я разговаривал с ним ночью перед сражением. Он нигде не задерживается подолгу, поэтому его не успели внести в нашу базу данных… его и его дочь. Он упоминал, что она будет на поле боя и что она необычная, – сказал Ник.

– Ты уверен в этом? – спросил Севир, прищурив глаза.

– Ну не с неба же она свалилась, – ответил второй, и уголки его губ дрогнули в улыбке. Он улыбается только губами, его же глаза ничего не выражают. Видно, что ему скучно.

Но мне совсем не смешно от его шутки, ведь так оно и было.

– Не с неба, Ник, а с другой стороны.

– Это вряд ли, посмотри на неё, она испугана.

Я почувствовала на себе пристальный взгляд Севира, кажется, произойдёт что-то плохое.

– Что последнее, что ты помнишь? Где ты жила с отцом до этого? Твоя личность не стёрлась, значит, у тебя есть хоть какие-то воспоминания, – подметил Севир.

Жадно глотая воздух, я наклонила голову вперёд, чтобы они не видели моей растерянности. Отрывки его вопросов звучат в моей голове: «память стёрлась», «воспоминания», «отец».

– Отец? – выдавила я. – Где он? Он умер на войне?

Я начала рыдать и кричать, думая, что это отвлечёт их от расспросов. Медсестра с сожалением посмотрела на меня.

– Не думай об этом сейчас, тебе нужно отдохнуть, – промолвила она.

– Ник, мне всё с ней ясно. Ей здесь не место, – расслышала я сквозь свои крики.

Севир не хотел слушать всё это и вышел. Взгляд Ника застыл на мне. Мне показалось, что он почувствовал мою фальшь. Он долго наблюдал за моими эмоциями, затем резко развернулся и ушёл, но он явно что-то задумал. Медсестра закрыла за собой дверь.

Глава 3

Побег

Я выдохнула. Нужно собраться с мыслями, понять, что делать дальше. Интересно, где сейчас Эдмонд и Лиана, добрались ли они до дома? Они не могли телепортироваться сразу до нашего клана, это слишком далеко. Надеюсь, их не поймали, ведь они не выглядят как люди из клана Фортис. Если цвет моих глаз наделал столько шума, то что уж говорить об их внешности.

В моей голове прозвучала страшная мысль: «А вдруг от потери крови и затуманенного разума мне только показалось, что они смогли спастись?» Я легла на кровать и свернулась калачиком. Я не знаю, как вернуться домой самостоятельно. Джаред не станет искать меня, ведь если я попала в плен, то, по правилам, должна была ввести себе жидкость А1, а зачем спасать того, кто стёрт как личность, лишившись памяти? Да и к тому же он не знает местонахождения Фортиса. Никто не знает. В этих раздумьях я провела час, возможно, дольше, но зашёл Ник. Он кинул на кровать новую военную форму и сапоги.

– Одевайся, жду тебя у выхода через пятнадцать минут. Ни с кем не разговаривай. Ни с кем!

Ник пронзительно посмотрел на меня и вышел, ничего не объяснив. Я привыкла, работая разведчицей, что команды надо выполнять сразу же. Схватив военную форму, я живо переоделась в неё, сняв оранжевую ночнушку, в которую меня одели, пока я была без сознания. Сапоги по размеру подошли, но как он узнал? Я открыла дверь и, увидев красную табличку «выход», уверенной походкой устремилась к ней по узкому коридору. Да, я иду к нему. Да, мне страшно. Да, я поступаю неразумно.

– Э-э-э… как же тебя… девушка… Вивьен! Вивьен, вернись!

Это кричала моя медсестра, и я хотела повернуться и ответить ей, так как это человек, который меня лечил. Но не могла… Ник сказал ни с кем не говорить и встретить его у выхода. Почему я верю ему, человеку, которого видела один раз в жизни и то мельком, и из-за него бегу от медсестры, которая бережно хранила мою жизнь? В нём есть что-то такое, что заставляет меня доверять ему. Кажется, что он единственный здесь, кто может быть на моей стороне. С этими мыслями я завернула за угол и тут же открыла дверь на улицу. Здесь безлюдно и знакомого лица не видно. Я уже начала искать его, но увидела, как подъезжает машина, в которой сидит Ник.

– Запрыгивай, – сказал он.

Я услышала, как сзади открывается входная дверь, поэтому немедля подбежала к машине и села на переднее сиденье.

– Я сказал, через пятнадцать минут, а не через десять.

В его голосе нет недовольства, он сказал это абсолютно равнодушно, как будто давно меня знает и просит передать соль или спрашивает о погоде. Он должен был засыпать меня вопросами, враждебно ко мне относиться, но этого нет ни в его тоне, ни в его мимике.

– Я привыкла, что чем быстрее, тем лучше, – наконец-то ответила я.

– Где ты так привыкла? Ты что-то вспомнила? – спросил он нахмурившись, но не переставая смотреть на дорогу.

– Не важно.

Я не хотела ничего придумывать, сейчас мне нужно другое – узнать, куда он меня везёт. Ник тихо включил музыку, которую я никогда не слышала. Она отличается от той, к которой я привыкла в своём клане. Но могу сказать, что моему попутчику по душе спокойные, мелодичные песни в исполнении мужчин.

– Так как тебя зовут?

– Доминик.

Значит, Ник – это сокращённо от Доминик. Их имена тоже отличаются от наших. В этот момент я обрадовалась, что не сказала медсестре своё настоящее имя, ведь у них нет подобного, и это бы дало новый повод для подозрения.

Значит, я нахожусь в клане, который искала не только я, но и другие разведчики до меня. Я могу изучить поведение членов Фортиса, их способности, их культуру и обычаи. Я уже вижу, как мне вручают награду за такое достижение, как вдруг Доминик прерывает мои размышления.

– Ты едешь в военное училище, – также непринуждённо сказал он.

Его голос прозвучал твёрдо и строго. Я не хотела задавать слишком много вопросов, иначе он мог заподозрить неладное, поэтому промолчала в ответ. Наверное, я послушалась его и доверилась ему, потому что он похож на меня. От этой мысли я усмехнулась. Я сбежала из больницы и села к нему в машину, совершенно не понимая, кто он и куда меня повезёт. А вдруг он знает, откуда я, и просто разыгрывает меня? С этими тревожными мыслями я наблюдала, как за окном мелькают степи. Получается, эта больница отделена от города.

Я посмотрела на парня. Он красивый, тёплые лучи освещают его лицо с гармоничными чертами. Его руки напряжены, глаза сосредоточены на дороге, но такое ощущение, что он находится сейчас не здесь, думает о другом. Наверное, я доверяю ему, потому что он похож на меня. Есть что-то похожее в наших чертах лица. Я слишком долго смотрела на него, и он повернулся ко мне.

– На дорогу смотри! – вырвалось у меня. Я тут же одумалась и сказала:

– Прости, просто воспоминание. Я помню аварию, которая произошла из-за того, что мой друг отвлёкся от дороги, – выговорила я поспешно, пока он не придумал, что же сделать со мной за такую дерзость. Доминик даже бровью не повёл.

– Почему ты сказал мне ни с кем не говорить, перед тем как я вышла к тебе? – сменила тему я.

Я задала этот вопрос, отвернувшись от собеседника к окну. В ответ услышала вздох – ему неинтересен разговор со мной. Создаётся ощущение, что кто-то заставил его забрать меня из больницы. Думаю, это была не его инициатива.

– Всё дело в Севире. Его очень насторожил цвет твоих глаз и что база данных тебя не находит. Севир считает, что ты из северной части клана Фортис. Он хотел избавиться от тебя, убить. Он договорился с врачами и с медсестрой, чтобы они тебя никуда не отпускали, пока он опять не придёт и не заберёт тебя. Я забрал тебя раньше, чтобы спасти.

– Почему же ты мне веришь?

– Я не верю, просто считаю, что не нужно убивать всех, кому ты не доверяешь. Кто-то раскрыл наш план северной части Фортиса, и поэтому мы потерпели поражение месяц назад. Это значит, что среди нас есть предатели или их люди. Севир не хочет рисковать, и это понятно, так как погибают наши бойцы, но тебе до разведчицы далеко. – На последней фразе он усмехнулся. – Ты даже бегать не умеешь. Первое, что должны уметь разведчики на вражеской части, это уметь быстро удирать. – Он, наверное, вспомнил, как я чуть не упала, пока бежала от медсестры до машины. Учитывая, что они бегают намного быстрее, чем обычный человек из моего клана, то тут я с ним соглашусь, я совсем не умею бегать. – И во-вторых, друг попросил меня забрать тебя из больницы.

– А разве Севир не будет меня искать? – спросила я, проигнорировав упоминание загадочного друга.

Я услышала лёгкий смешок.

– Нет, я договорюсь с начальством о тебе. Они тебя примут, ты показала невероятную силу, выжив в той схватке.

«Это было просто крепкое сиденье», – подумала я. Если они приняли меня за свою, то ожидают, что я умею делать всё то же, что и они. Всего лишь вопрос времени, когда они узнают, кто я на самом деле, и решат избавиться от меня. Я должна действовать быстро, чтобы выбраться отсюда невредимой и найти путь домой. Несмотря на это, я понимаю, что застряла здесь надолго. Но тяжёлые мысли утомили меня. Моя голова всё ещё болит; а нога, в которую попал осколок, всё так же ноет. От этих размышлений и ощущений хочется скрыться, поэтому вскоре я засыпаю.

Глава 4

Чудовищное предсказание

Я проснулась от того, что Доминик специально громко хлопнул дверью машины. Глядя сонными глазами, я попыталась понять, где мы. Вокруг нас пустошь и скалы впереди. Рядом есть и другие машины, правда они пусты. Одно стало ясно точно – мы стоим на парковке, и здесь жутко.

Я уставшая, измотанная и голодная, а мы по-прежнему не на месте. Что, если он решил меня не спасти, а убить? Пока я оглядывалась, перед Домиником внезапно появилась девушка. Вероятнее всего, она вышла из какого-то автомобиля. Итак, девушка посреди пустоши, всё чуднее и чуднее. У неё короткие чёрные волосы выше плеч, светло-карие глаза, как у Ника, заострённые черты лица и живая мимика. Девушка ниже его ростом на голову. Я не слышала, о чём они говорят, но вдруг брюнетка резко посмотрела на меня, она выглядела обеспокоенной. Ник тоже взглянул в мою сторону и, удостоверившись, что я не сплю, сделал жест рукой, чтобы я вышла. Я приоткрыла дверь, чтобы подойти к ним, но ремень удержал меня.

– Она такая красивая, – донеслось до меня от той девушки, пока я расстёгивала его.

– Вивьен, поторопись. Время – твоя жизнь, помнишь? Мне надо дойти до начальства быстрее Севира! – прокричал он, игнорируя слова собеседницы.

Я подошла к ним, и девушка протянула мне руку.

– Привет, я Агата Игнес, сестра Доминика.

– А я Вивьен, кажется.

Это имя звучит для меня так чуждо, что я добавила «кажется» в конце предложения.

Я протянула руку. Рукопожатие Агаты такое крепкое, что я чуть не вскрикнула. Похоже, в клане Фортис все сильные.

– Вивьен Коллинсон, – напомнил он мне с укором во взгляде. Там читалось: «Ну уж имя-то своё попробуй запомнить». – Агата, проводи её до столовой и расскажи, что её тут ожидает, я уверен, она не понимает, зачем она здесь.

Он бросил на меня оценивающий взгляд.

– Надеюсь, все мои старания не зря, – холодно сказал он.

А я так и продолжила таращиться на них, находясь на низком старте для побега.

– Ты так думаешь? – спросила Агата несколько иронично.

Он посмотрел ей прямо в глаза, выжидая паузу, а затем добавил:

– Помоги мне, хорошо?

– Как всегда, брат. – Она кивнула ему в ответ. – Во что ты нас втянул? – задала она риторический вопрос.

Доминик сел обратно в машину. Я уже хотела сделать шаг к автомобилю, но Агата удержала меня, одернув за плечо.

– Нет, ты остаёшься со мной.

Мы наблюдали, как Доминик скрывается из виду. Точнее, она наблюдала, а я панически соображала, куда, если что, бежать. Я осталась с ней наедине, от этого мне максимально некомфортно. Я огляделась вокруг ещё раз и при помощи своего абсолютного зрения разглядела большую стеклянную дверь в середине скалы на высоте 3500 метров. Зачем там дверь?

– Так, пошли, сначала нужно добраться туда.

Она схватила меня за локоть и потащила к той самой скале.

– Мы что, будем взбираться на неё?

– Ну да.

Когда мы подошли вплотную к скале, Агата прыгнула и оказалась на пять метров выше от меня, прикреплённой к камню. Так они ещё и прыгать высоко умеют. Наверное, всё дело в том, что они способны сильнее оттолкнуться от земли. Пока я удивлялась её способности, девушка обернулась на меня и кивнула, давая знак, чтобы я пошла за ней. Верно. Они считают, что я одна из них, а значит, должна уметь делать всё, что умеют они. Она повторно повернулась ко мне и увидела, что я всё ещё внизу. Агата спрыгнула и оказалась рядом со мной.

– Ты идёшь или как?

– Нет, не иду, – выдавила я. Обычно у меня медовый голос, но сейчас я прозвучала на два тона ниже.

– Хочешь остаться здесь?

Девушка оглядела пустошь. Я сделала то же самое, и у меня поползли мурашки по коже лишь от мысли остаться здесь одной.

– Нет, не хочу, – уже мягче сказала я.

– Что с тобой?

– Я не могу так… прыгать.

Я ожидала увидеть ужас в её глазах, уже слышала, как она кричит «чужая», а Севир бежит ко мне с ружьём. Но вместо этого Агата снисходительно улыбнулась.

– Конечно, можешь, просто ты забыла из-за потери памяти. Не переживай, те, кто будет учиться с тобой, тоже ещё многого не умеют. – Она увидела мой недоумевающий взгляд и сказала, махнув рукой:

– Не бери в голову, я просто решила проверить твою подготовку.

– Я буду учиться?

– Конечно, а ты что, хотела опять в бой? – Агата фыркнула. – Ох уж эти амбиции. Запрыгивай лучше ко мне на спину.

Я залезла на Агату и вцепилась в неё как только могла. От одной мысли, что я могу не удержаться, становилось дурно. Одним рывком мы оказались на высоте шести метров.

– Держишься?

– Ага, – ответила я, зажмурив глаза от страха.

Она крепко держалась за выступы в скале и вскоре стала карабкаться наверх быстрее. Двигается она очень ловко, ей не впервой тащить кого-то по этой скале. Такое ощущение, что для неё это так же легко, как подниматься по лестнице, и мой вес она даже не чувствует.

– Слушай, Вивьен, тут такое дело – дальше выступов нет. Мы сделаем пятиметровый прыжок. Ты держись крепче, ладно?

Здесь сильный ветер, но всё же мне удалось разобрать, что она сказала. Мы на высоте практически двух тысяч метров и собираемся прыгать? Но Агату точно не остановить, а кричать бесполезно – всё равно никто не услышит. Я сильнее вцепилась в девушку. Она сделала сильный рывок, и в последний момент я сорвалась с её спины. Я уже испугалась, как вдруг Агата ухватила меня за руку, из-за этого движения её ноги соскользнули – теперь она тоже висела, ухватившись одной рукой за опору.

– Не переживай, – она улыбнулась. – Я тебя подтяну, а ты вцепись в скалу и стой неподвижно, пока я к тебе не подойду.

Не переживай? Да я чуть не разбилась! Неужели её это совсем не беспокоит?! В висках отдаётся бешеный стук сердца. Только сильный ветер охлаждает вспотевшее тело. Агата подтянула меня, я ухватилась за выступ скалы и нащупала опору для ног. Теперь я вишу здесь одна, без неё. На меня дует ветер, и я пытаюсь не сорваться. Мне сложно дышать из-за страха. Она же выглядит спокойной и уверенно карабкается ко мне. Что тут с ними делают? Говорят им, что вся их жизнь – это всего лишь мираж и не стоит переживать, когда вы висите на краю скалы? Девушка встала на один уровень со мной.

– Запрыгивай мне на спину.

– Ты же можешь упасть из-за меня, – ответила я, нервно сглотнув.

– Ты сомневаешься во мне?

Она выглядела недовольной из-за моих слов. Она чем-то похожа на Эдмонда – тоже любит командовать и не сомневается в своей правоте. Надеюсь, здесь будет менее трагичный исход. Деваться некуда в прямом смысле. Я вздохнула и переложила свою левую руку ей на левое плечо, затем повторила это с правой стороной и крепко обвила руки вокруг её плеч. Теперь я представлю, что мы на земле, а не на высоте две тысячи метров. Когда я запрыгнула на Агату, она даже не шелохнулась. Мы продолжили путь и через некоторое время оказались около стеклянной двери. Меня ещё трясло от страха, но я смогла разглядеть за дверью туннель, через который видно город. Она ввела код, чтобы открыть двери, и я без труда запомнила его, на всякий случай.

3-16-6-15-15-16-6-21-25-10-13-10-27-6

– Ты себя хорошо чувствуешь?

– Да, – ответила я и наклонилась вперёд, чтобы отдышаться.

– Интересно… очень интересно. – Она одарила меня оценивающим взглядом. – Пойдём! – сказала она, открыв двери. – Это военное училище имени Фредрика. Туннель ведёт сквозь гору, в конце него – само военное училище. Этот мини-город по всему периметру окружают другие горы, и поэтому здесь нет такого сильного ветра.

– Почему же здесь так тепло?

– Видишь, из той «горы» идёт дым? Это вулкан. Но он не активен, учёные усыпили его, но в нём есть лава, и от него исходит тепло.

Это поразительное место. Хоть мы и находимся посреди непонятной пустоши, но именно в этом месте кипит жизнь. Здесь необыкновенно чистый воздух, а солнце ближе и ярче. Я увидела соколов, кружащихся в небе. Передо мной – здания, сделанные из красного кирпича. Некоторые прохожие одеты в военную форму клана Фортис, а другие – в обычные удобные вещи.

– Так вот, сюда могут попасть только те, кто удивляет своими способностями, то есть те, у кого они проявляются сильнее, чем у других. – «Знакомая песнь», – подумала я в ответ на реплику Агаты. – То, что ты выжила в ту ночь, поразило многих. Только вот твоя неопределённая биография насторожила их, но Ник всё исправит, – она задумалась и добавила: – Ну для тебя Доминик. Он, скорее всего, будет твоим тренером по какой-нибудь дисциплине. Здесь начинают тренироваться лет с семнадцати. Долг этого военного училища – это развить способности, научить преодолевать страх, действовать трезво в любой ситуации и, конечно, сделать из вас солдат, готовых к сражению. Я и мой брат окончили обучение здесь, и теперь мы тренеры. Тут есть и другие вакансии, но не думаю, что тебе это сейчас интересно.

Всё это время мы шли по дороге к высокому, длинному зданию. Его стиль напоминает готический, но материалом послужил красный кирпич. Окна похожи на витраж, но стёкла бесцветные.

– А что, если кто-то не выполнит какое-то задание? – позаботилась я заранее о будущей проблеме. – Этого ученика вышвыривают отсюда?

– Не совсем. – Её лицо скривилось. – Здесь никого не вышвыривают, – выразилась она моим же словом, – ты либо проходишь испытание, либо нет. Когда начнутся сложные испытания, а они зачастую опасные, то тот, кто проваливал простые, на этих просто погибает. Ну или этот человек умирает в бою.

Она открыла передо мной большие деревянные двери, за которыми оказалась столовая. Здесь светло из-за окон, а для дополнительного освещения висят люстры. Полы сделаны из светлого дерева, покрытого лаком. В помещении уютно, светло и тепло, и это странно, что воины живут в таком комфорте. Мы подошли к столу с едой, и я, будучи голодной, набрала всего побольше. А затем пошла за Агатой – она подвела меня к столу, где уже сидели четыре человека.

– Эй, воины, это Вивьен. Она новенькая, не обижайте её, – сказала Агата и ухмыльнулась. – Я тебя оставляю с ними, мне нужно упорядочить кое-какие дела.

Она развернулась и ушла. От её ухода стало легче. Всё же она тренер и может заподозрить неладное, если я сболтну лишнего, а с ними мне будет спокойнее… наверное.

– Вы давно в училище? – спросила я таким трагичным голосом, что можно было бы подумать, что мы в тюрьме и я обращаюсь к своим сокамерникам. Их лица сияют – до того как мы подошли, все они что-то увлечённо обсуждали и смеялись. Это делает мой тон ещё более неуместным. В ожидании ответа я села за стол и приступила к еде.

– Нет, мы тут только две недели. Ты пропустила ознакомительную программу. Что у тебя с глазами?

– Они у меня такие с рождения.

«Неужели этот разговор о цвете моих глаз опять начнётся?!» – подумала я.

– Ясно. Я, кстати, Нил, что значит чемпион, – сказал он и ухмыльнулся.

– Я думала, что это значит «самодовольный придурок», – сказала девушка, толкнув его в плечо. – Я Бланш, а это Селеста и Футуре. Ну о Футуре, я думаю, ты уже слышала.

Отлично, они больше озабочены своими шутками, чем мной. Я для них не центр внимания, значит, разговор о цвете моих глаз отменяется.

– Нет, у меня провал в памяти из-за сильного сотрясения мозга.

– Что случилось? – спросила Бланш.

– Я была на сражении месяц назад, сильно ударилась и потеряла память, – кратко ответила я, разжёвывая очередной кусок мяса.

– Ты была на том сражении? – удивился «чемпион», ну то есть Нил.

В этот момент я пожалела, что подняла эту тему. Кажется, теперь они думают, что я сильней их, а «чемпиону» не может это понравиться.

– Вы что-то говорили о Футуре, – протараторила я. – Есть что-то, что я должна знать о тебе? – обратилась я лично к нему.

Парень не среагировал, поэтому инициативу перенял другой собеседник.

– Ладно-ладно, я освежу твою память, – протараторила Бланш и подняла руки, развернув ладони в мою сторону, делая жест, будто она сдаётся. Теперь она смотрит на меня более внимательно, узнав, что я была в бою. Здесь их к этому только готовят, а я, по их мнению, уже была там. – Футуре из клана Квавидетис[4]. Он видит будущее, – продолжила Бланш.

Мне удалось сменить тему, поэтому я немного расслабилась.

– И это всё? А как же мои остальные способности? – возразил Футуре.

– Остальным можешь сам похвастаться, – отрезала Бланш.

– Расскажи мне.

Всё это время он сидел, облокотившись на стул, с опущенной головой. Он был погружён в себя, но теперь взглянул на меня. У него раскосые ярко-зелёные глаза, намного ярче моих, и каштановые волосы с медным отливом. Его клан, Квавидетис, – это именно тот клан, о котором мы ничего не знаем.

– Я рад тебя видеть, Вивьен, – сказал он и кивнул головой в знак приветствия. Он сказал так, будто уже знаком со мной и словно знал, что я приду. Ну да, конечно, он же видит будущее. Может, он и есть тот загадочный друг, который попросил Доминика увезти меня из больницы? – Обычно я вижу только яркие события будущего, но могу предсказать, что ждёт человека, коснувшись его, – это тяжело, я эмоционально переживаю то же самое, что вижу в его будущем. Также с помощью прикосновения я могу ощущать эмоции человека, и из-за этого ношу перчатки. Мне и своих эмоций хватает.

– То есть твой клан обнаружили?

– Что? Нет, конечно. Я не помню своих родителей, но знаю, что они отправили меня по реке, когда я был ещё младенцем. Меня обнаружили в Фортисе и взяли к себе. Здесь я работаю. Помогаю с организацией этого училища. Я также работаю психологом, помогаю людям из училища разобраться в их жизни.

От него веет теплом и пониманием. Он более внимательный и душевный, чем остальные мои товарищи за столом. Его голос словно хрустальный.

– Хочешь?

– Что?

– Я предскажу какое-нибудь событие из твоего ближайшего будущего.

Я думаю, это не предложение, а, скорее всего, приказ, но он слишком вежлив, чтобы сказать это командным тоном.

– Давай, если тебя не затруднит, – подыграла я ему.

Он снял перчатки чёрного цвета, правой рукой коснулся моей руки, а левой – моего плеча. Я не чувствовала, чтобы из меня исходила сила, или кружилась голова, или ещё что-нибудь; мы просто сидели вместе.

Только сейчас я обратила внимание на остальных товарищей. Они выглядят обеспокоенно, смотрят на меня так, словно я доверчивый ребёнок, которому не стоило брать конфетку из рук чужого человека. Но как можно устоять перед его лучистыми глазами и тёплой улыбкой?

– Мне он предсказал сломанную руку, – сказала Бланш, пожав плечами.

– Теперь ты можешь этого избежать, – напомнил ей Футуре.

– А мне, что на меня наорет Доминик на втором занятии, – оживилась Селеста. – Ну предупреждён – значит вооружён.

– Именно из-за этого на тебя и наорут, – отрезал Футуре, который, как и прежде, держит меня за руку и плечо.

– Из-за чего? – спросила я.

– Увидишь. Я не собираюсь этого менять, – она засмеялась.

Селеста производит впечатление солнечной девушки, она постоянно улыбается. Бланш же, напротив, сдержанная и дерзкая. Нил ведёт себя как самодовольный, уверенный в себе человек. Футуре другой, от него не веет силой, как от других, он более мягкий. Вдруг его глаза словно потухли, он посмотрел на меня с досадой. Съёжившись, он отпустил мою руку и надел перчатки обратно.

– Ты знаешь, – он заговорил неуверенно, не решаясь посмотреть мне в глаза, – будущее меняется в зависимости от поступков, и то, что я увидел, не приговор.

– Не мямли! Расскажи, что ты видел, – сказала Бланш, бросив на него укоризненный взгляд.

– Ну ты не прошла какое-то задание. Я видел тебя на дне пропасти. Мёртвой.

Его слова зазвенели в моих ушах. Я услышала, как Нил уронил столовый прибор. Бланш не спускала глаз с Футуре.

– Теперь ты знаешь об опасности и можешь подготовиться лучше, – протараторил предсказатель.

Я встала из-за стола и направилась к выходу. Мне нужен свежий воздух. Меня никто не стал останавливать, и так понятно, что дело дрянь. Впрочем, чего я ожидала, у меня ведь нет таких способностей, как у них, я провалюсь во всех испытаниях, и потом… Не хочу думать об этом. Выйдя на улицу, я повернула направо, просто чтобы уйти оттуда подальше. Вдруг за локоть меня схватила чья-то рука. Когда я развернулась, то увидела Доминика.

– Вивьен!

– Что?

– Всё в порядке?

– С чего ты решил, что что-то не в порядке?

– Я звал тебя минут пять, и ты не откликалась.

– Я не слышала.

Он вопросительно посмотрел на меня. В его руках я заметила какие-то бумаги.

– Это твои документы, – пояснил он, проследив за моим взглядом. – Я поговорил с начальством, и теперь они уверены, что ты дочь генерала Джейда Коллинсона. Ты остаёшься.

Он отдал мне всю кипу бумаг.

– Здесь карта города, твоё расписание, адрес места, где ты теперь живёшь, и правила училища, не забудь их прочитать до сегодняшнего вечера.

Я сразу открыла расписание, чтобы найти там его имя. Для меня он словно связующее звено между тем миром и этим. Доминик сопровождает мой переход из клана. Инконспиквам в клан Фортис, хотя даже этого не осознаёт.

– Тебя здесь нет. – Я хотела проговорить это твёрдо, но мой голос дрожал из-за потрясения.

– Будь внимательней, здесь это пригодится.

Он указал пальцем на верхний правый угол, там мелким шрифтом написано: «группа 5; постоянные руководители: Доминик Игнес и Агата Игнес».

– Это значит, что ты будешь присутствовать на всех занятиях?

– Почти на всех, – поправил он меня.

Я по-прежнему чувствую себя потрясённой после предсказания Футуре, поэтому лишь киваю Нику в ответ и продолжаю свой путь. Наставник постоял ещё некоторое время, а затем я услышала его удаляющиеся шаги.

Спустя пару минут бесцельного хождения я открыла карту города, чтобы понять, где я. На карте большими цифрами обозначены общежития, их здесь несколько. Ближе к скалам находятся дома тренеров и лидеров. Также я нашла здесь кинотеатр, но библиотеку не видно… Конечно, зачем воинам библиотека, но мне бы пригодилась. В другом документе я нашла свой адрес проживания «переулок Фюгавэм, дом 1». На карте обозначено, что там общежитие номер 5. Идти дотуда далековато, это займёт примерно полчаса. И только сейчас я поняла, что здесь нет машин; нет дорог, предназначенных для автомобилей, и дорожные знаки тоже отсутствуют. Как же они добираются до других мест? Ах да, точно… они же быстро бегают. Сейчас мне очень хочется телепортироваться, но боюсь, что девушка, которая внезапно испаряется в воздухе, – это более чем подозрительно. Я ускорила шаг и направилась к своему общежитию.

Глава 5

Ты должна быть сильной

Дорога к переулку Фюгавэм лежала через подъём на сопку. К концу пути я совсем запыхалась. В этом есть плюс: усталость помогает не думать о всех проблемах, которые на меня рухнули. Я осталась одна. Сама по себе. Мне предстоит выпутаться из этого всего самостоятельно и найти путь домой. Первая задача – выжить; вторая – найти какой-нибудь самолёт, третья – узнать расположение клана Инконспиквам. Чем ближе я к общежитию, тем больше птиц я вижу. Из знакомых пернатых я обнаружила: филина, сокола и ворона. Но меня зацепила птица с красно-чёрными крыльями, серой грудкой и серо-белым хвостом. Я не знаю её названия, у нас таких нет. Возможно, это от усталости, но у меня сложилось впечатление, что она за мной следит. Её чёрные глаза смотрят на меня в упор. Куда я двигаюсь, туда она и смотрит. Дело не только в птице, меня вообще не покидает ощущение, что за мной следят. Возможно, так оно и есть.

Пробираясь сквозь кирпичные здания, как через каменные джунгли, я наконец-то достигла своего места назначения. Передо мной трёхэтажное здание, передние стенки второго и третьего этажей в котором полностью стеклянные. Это напоминает мне дом. В моём клане во всех строениях большие панорамные окна, через них легче телепортироваться. Посередине здания большая арочная дверь, и её форму повторяет стеклянная арка. Она такая широкая, что сквозь неё я могу видеть весь первый этаж. Само здание тоже сделано из красного кирпича, но здесь не видно следов готического стиля. Я заглянула внутрь сквозь арочное окно. Первое, что бросается в глаза, это много диванов вдоль стен комнаты. Я зашла внутрь и обнаружила на столе список имён проживающих здесь. На первом этаже нет спален, поэтому я поднялась наверх. Здесь ни души, наверное, все ещё ужинают. На втором этаже я зашла в первую комнату. Передо мной шесть кроватей, точнее, их здесь три, но они двухэтажные для экономии места. Все кровати были уже заняты, поэтому я пошла дальше. Около каждой двери я рассмотрела списки имён студентов военного училища, которые заняли определённую комнату. Интересно, а кто-нибудь из той компании проживает здесь? Я обошла второй и третий этажи, пока не нашла имя «Бланш» на третьем этаже в самой последней комнате. Агата не случайно посадила меня именно за тот стол, она знала, что мы будем жить в одном общежитии.

Мне бы хотелось жить с Бланш, её уверенность меня вдохновляет, тем более девушка может научить меня чему-нибудь. Эту комнату также заняли Селеста, Нил, Андрэ и Леон. Андрэ и Леона не было с нами на ужине. Может быть, они не ладят друг с другом? Осмотревшись вокруг, я поняла, что мне досталась верхняя кровать, надеюсь, я не упаду ночью. Здесь нет ни стульев, ни кресел, ни стола, но всё это есть на первом этаже. В этих комнатах – только кровати, а около каждой кровати комод с четырьмя ящиками. Я села на край чужого спального места, чтобы передохнуть.

Не могу представить, где сейчас Эдмонд с Лианой и что им пришлось пережить в поисках своего клана. Если они вообще дошли до него… От этой мысли я вздрогнула. Ищут ли нас: меня, Эдмонда и Лиану? Или решили, что нас больше нет? Я должна увидеться с ними снова. Я не упаду в ту яму. Я просто сбегу отсюда раньше, чем начнётся то задание. Но сначала разведаю всю обстановку здесь. Возможно, я найду какой-нибудь летательный аппарат и улечу домой, если у них вообще есть такие технологии. Нет, нельзя раскисать. Я выберусь отсюда. Обязательно.

Я открыла документ с правилами. Итак, из-за того, что мы попали в это училище, государство выплачивает каждому ежемесячную сумму денег. Не знаю, большая это сумма или нет, но когда увижу цены в магазинах, то пойму это. Я достала эти деньги из конверта и положила в карман. Другие правила я дочитывать не стала, как-нибудь потом прочту, мне сейчас не до этого. Я забросила документы на свою кровать. Затем вышла в коридор и сходила умыться, чтобы привести себя в порядок. Вид у меня уставший. Остальные выглядят такими счастливыми, что попали сюда. Неужели они по своему желанию приехали в это место?

Я вышла из общежития и, следуя карте, направилась в ближайший магазин, ведь у меня вообще нет с собой вещей. На широкой дороге я заметила Доминика с Севиром и ещё с двумя парнями их же возраста, все они активно вовлечены в разговор, выглядит это как дружеская беседа. Мне придётся пройти мимо них. Доминик посмотрел на меня, но его взгляд ничего не выражает. Он смотрит слишком пристально, и я решила, что должна что-то сделать. Неожиданно для себя я улыбнулась и помахала ему. Я искренне улыбнулась человеку из Фортиса, которому я не могу доверять и который может пытать меня, когда узнает, из какого я клана. Нужно взять себя в руки и не расслабляться на службе. Я – разведчица, и от меня требуется узнать всё про их клан и сбежать. Доминик никак не отреагировал на моё приветствие и отвернулся, как будто мы не знакомы. Севир обернулся, посмотрел на меня свысока и устремился ко мне навстречу. Хоть он и добежал до меня за две секунды, но я стою далеко, другие нас не услышат. Сердце бешено забилось, но я не покажу ему, что он меня пугает. Сейчас Севир уже не в военной форме. На нём бордовая футболка с каким-то гербом и серые спортивные штаны.

– Ну что, Вивьен, – начал он, шагая со мной в такт. – Вспомнила что-нибудь?

– Нет, всё смутно.

– Ты же понимаешь, что я не верю ни единому твоему слову? – спросил он своим басом.

– Зачем тогда спрашиваешь? – ответила я холодно, не отрывая взгляда от дороги.

– Не думай, что все поверили, что ты одна из нас. Твой акцент, твоё поведение, это всё выдаёт тебя.

Не знаю, блефует он или нет, но всё же я не сдала позиций. Я остановилась и развернулась к нему лицом. Я потеряла свою семью, друзей, клан в один день. Я нахожусь в глубочайшем потрясении, и мне не до его придирок. Он думает, что он страшный серый волк, ну что ж, посмотрим, кто из нас победит.

– Так арестуй меня… Что, не можешь? Руки связаны? Ну что же, значит, так думают не все, – выплеснула я ему в лицо.

После это фразы я продолжила идти вперёд, Севир направился за мной. В этот момент мы сравнялись с Домиником и остальными. Я прошла мимо них, не посмотрев в их сторону. Думаю, последнюю фразу они все слышали, раз так удивлённо уставились на меня. Севир не стал дальше идти за мной, а остался с ними.

До магазина я дошла за час. Цены оказались невысокими, поэтому я приобрела там несколько вещей. В своём клане я привыкла одеваться в светлые, не давящие цвета. Здесь же всё в черных, бордовых, фиолетовых или красных оттенках. Есть и другие тёмные оттенки, но эти четыре встречаются чаще всего. Также я привыкла к летящим тканям, лёгким и воздушным. В клане Фортис же в основном хлопок, кашемир и джинса. Ещё удалось выяснить, что за герб красовался на груди Севира, это герб училища, он есть практически на всех вещах в здешних магазинах.

Все свои покупки я сложила в новый рюкзак. На улице я заметила, что уже темнеет, и темнеет довольно быстро. Нужно возвращаться назад. Через час я уже была у двери общежития. На улице темно, поэтому невольно через арочное окно я вижу всё, что происходит на первом этаже. Внутри очень много народу, полагаю, что сейчас собрание. Посередине спиной ко мне стоит мужчина, и все слушают его. Он оборачивается из-за того, что другие пялятся на странную фигуру за окном, то есть на меня. Доминик? Что он тут делает? Надеюсь, было не так важно присутствовать здесь. Я на свой страх и риск зашла внутрь. Все студенты расположились на диванчиках. Доминик стоит посередине, а его сестра сидит около него на кресле. Селеста поймала мой взгляд и улыбнулась мне. Бланш сделала жест, что мне крышка.

– Который час? – начал Доминик. Его голос настолько звучный, что после его фразы раздалось эхо.

– Час для собрания? – попыталась выпутаться я.

Затем я медленно прошла и села на свободное место, положив рюкзак с вещами рядом.

– Разве я разрешил тебе сесть? У тебя нет никаких оправданий, в правилах всё было написано. Магазины в оправдания не входят.

Ах да, книжка с правилами, которую я не стала читать. Кто знал, что у них всё так строго. Я встала в надежде, что на этом всё кончится.

– Двадцать отжиманий. Сейчас!

– Но…

– Тридцать отжиманий!

Я прошла к свободному участку, где смогла бы расположиться. В клане Инконспиквам у меня совершенно не было времени для физических занятий, всё моё время уходило на учёбу и разведки, поэтому тридцать отжиманий для меня уже слишком много. Думаю, он это знает, раз дал мне лишь тридцать, для них это должно быть смехотворное число. Или мне просто хочется верить, что он вообще думает обо мне. Я стала медленно расстёгивать куртку в надежде, что кто-нибудь избавит меня от этого стыда. Я не успела переодеться в новые вещи и стою в военной одежде. Все взгляды прикованы ко мне. Они с любопытством разглядывают меня и мои зелёные глаза. Наверное, все наслышаны о том, что я воевала в каком-то их сражении, и сейчас готовы увидеть плавные и быстрые отжимания подготовленного солдата. Но не тут-то было. Их ожидает разочарование, а меня стыд. Вдруг через входную дверь вбегает запыхавшийся мужчина. У него красное от жары лицо, и складывается ощущение, что он сейчас упадёт. Доминик перевёл свой взгляд на него, оставив меня в покое.

– Доми… Доминик… прости… я, – пытается оправдаться он, но из-за нехватки воздуха у него не очень получается что-то выговорить.

– Пятьдесят отжиманий, – ответил он, не желая выслушивать оправдания. – Можешь присоединиться к ней.

Доминик небрежно показал на меня рукой.

– Но я уже наказан. Я думал, что умру, пока добегу сюда, – отшутился парень, чем вызвал всеобщий смех и мой в том числе.

Я не смеялась с тех пор, как очнулась в больнице, и не думала, что это будет возможно при таких условиях. Этот парень мне уже нравится, он забавный.

– Сто отжиманий за непослушание, Леон.

А, он же живёт с нами. Леон вмиг подбежал ко мне и начал поспешно стягивать свою куртку. Доминик продолжил рассказывать о других правилах, не обращая на нас внимания.

– Сколько у тебя? – спросил меня шёпотом Леон.

– Тридцать.

– Спорим, я опережу тебя!

– Знаешь, я даже в этом не сомневаюсь, – рассмеялась я.

Мы приступили к своему наказанию, и он явно отжимался быстрей, чем я. Все перевели свой взгляд на тренера. Особенно девчонки смотрят на него восторженно. Но один парень не желал переводить свой взгляд с меня на Доминика. Даже когда я села на пол и уставилась на него в ответ, он не счёл своё странное поведение некультурным, напротив, парень наклонился вперёд, сложил руки в замок и прислонил их к подбородку, подавая мне знак, что он будет и дальше наблюдать. У него чёрные волосы и глаза тёмно-коричневые настолько, что кажутся чёрными. Даже одет он во всё чёрное. От его наглости я раскрыла рот и скрестила руки на груди. Леон отдёрнул меня. Да, точно, если я сейчас же не продолжу отжиматься, то Доминик опять заговорит со мной.

– Этот переулок называется «Фюгавэм», с латинского переводится как «полёт птиц», – продолжил Доминик. Когда все кланы жили вместе, все разговаривали на латинском, поэтому многие названия так и остались на этом языке. – Это не случайно, так как переулок переполнен разными птицами. Осторожно, некоторые недружелюбные. Также, как вам известно, здесь есть два вулкана. Один вулкан был усыплён учёными, но внутри него сохраняется жидкая лава, так что будьте осторожны и не подходите близко к краю.

За это время я отжалась семь раз и уже устала, так что опустила правое колено на пол. Леон это заметил, но ничего не сказал. Мне даже кажется, что он специально передвинулся вперёд, чтобы Доминику было сложней увидеть моё колено, если он посмотрит на нас. Я повернула голову, чтобы разглядеть Леона: у него длинная, густая «грива»; волосы постоянно мешают ему. Он часто фыркает, чтобы сдуть их с лица. У него удлинённое лицо и мягкие черты. Он отлично сложён, и видно, что тренировался перед тем, как поступить в это училище.

– То, как ваши занятия будут проходить, написано в правилах. На занятиях у вас будут разные тренеры, но мы с Агатой будем присутствовать на всех них по очереди. Мы ваши наставники и будем отслеживать ваши успехи и неудачи.

– Нам не нужны смерти, – прервала его Агата. – В прошлом году их было слишком много. Если вы чувствуете, что не справляетесь с заданием, то лучше остановитесь, не нужно геройствовать. И раз вы всё равно не слушаете советы, то мы нужны, чтобы вовремя остановить вас или спасти.

– Да, но погибшие всё равно будут, – продолжил Доминик. – Из-за неосторожности, из-за гордости и тому подобное. Наша задача уменьшить число смертей и сделать из вас воинов, а не безрассудных самоубийц. Мы живём не здесь, но по четвергам и понедельникам с шести до девяти вечера вы можете найти нас в этой комнате.

Он указал рукой за свою спину. Я увидела дверь, которую не заметила сразу. Должно быть, там их офис. Я сделала двадцать отжиманий и выдохлась, поэтому просто села на пол и стала внимательно разглядывать тех, с кем мне придётся тренироваться. Руки трясутся от нагрузки, а дыхание давно уже сбилось.

– Завтра сопровождать вас буду я, – сказала Агата и мило улыбнулась. – На этом всё, все свободны.

Леон вскочил и подал мне руку. Я ухватилась за него, так как мои руки всё ещё дрожали.

– Вивьен! – До меня донёсся голос Доминика. – Ты опустила колено и даже в этом случае сделала меньше тридцати отжиманий!

Но он же стоял спиной ко мне! Наверное, он оглядывался. Я смотрю на него, пока он подходит. Все остальные, кто ещё не успел уйти, уставились на меня.

– Я знаю, через что ты прошла, но ты должна быть сильной. Борись, а не сдавайся. Уже завтра тебя ждут препятствия и похуже тридцати отжиманий. Если ты не возьмёшь себя в руки, то рискуешь умереть. Я хочу, чтобы ты боролась, давала отпор. Сейчас ты безмятежна и расслаблена…

Он отвернулся от меня и продолжил уже для всех:

– Если вы здесь не по своему желанию, вам лучше уехать сейчас же. Если это не то, чем вы хотите заниматься, вы в этом и не преуспеете. Не тратьте время ни своё, ни моё. Все свободны!

Доминик и Агата взяли свои рюкзаки и направились к выходу. Ко мне подошли Бланш и Селеста.

– Эй, ты в порядке? – спросила Бланш.

– Да, он был не так уж и суров.

– Нет, я про другое. Ты сбежала сегодня из столовой.

– Ах да. Всё в порядке, я справлюсь.

– А знаешь что? Я буду тебя тренировать каждый день с утра! Мы с тобой обязательно справимся, не кисни.

– Ты об этом пожалеешь, я никуда не гожусь.

– Ну это мы ещё посмотрим.

– Я видела, ты заселилась к нам, – сказала Селеста, улыбаясь.

– Да, – ответила быстро я. – А что с Домиником?

Мы медленно направились к нашей комнате.

– А что с ним? – недоумевая, ответила Селеста.

– Разве это незаметно? Здесь же просто развивают способности, почему он выставляет всё в таком свете, как будто это наш единственный смысл жизни?

Бланш резко остановилась.

– Это что, шутка?

Тут я поняла, что перешла грань. Придётся опять ссылаться на память.

– Извини, просто проблемы с памятью, помнишь?

– Ты разве не понимаешь, зачем мы тут? – продолжила Бланш. – Сейчас идёт война между северной и южной частью клана Фортис. Мы нужны, чтобы защищать наших людей. Нас избрали, потому что у нас сильнее всего развиты способности, – она отвела взгляд и продолжила идти в комнату. – Но я хотела сюда попасть и до того как началась война. Ещё когда мне было лет десять, мне сказали, что я отличаюсь, что у меня есть шанс попасть в военное училище имени Фредрика. И это стало моей заветной мечтой. В моей комнате висели плакаты с изображением этого училища, и в последние два года я просто износила кофту с гербом, которую мне привёз отсюда мой дядя. Он был здесь по работе один раз. Каждый день я тренировалась, чтобы попасть сюда, и очень часто из-за этого я пропускала уроки, поэтому с оценками у меня не очень. В этом месте я ощущаю себя особенной. Вот Селеста это другое дело, она мечтает отсюда смыться.

Мы дошли до комнаты и сели на одну кровать. Мальчишек ещё нет.

– Да, меня сюда отправила моя мама, – согласилась Селеста. – Она считает, что именно тут моё место, – после этих слов девушка погрустнела. – Ладно, не будем обо мне. Давайте ложиться спать, завтра трудный день.

Селеста легла на свою кровать и зарылась в одеяло.

– Что с ней? – спросила я Бланш.

– Она скучает по своему парню, семье, друзьям, – тихо ответила Бланш. – Она ненавидит это училище.

Вскоре мы потушили свет и легли спать, не дожидаясь Нила, Леона и Андрэ.

Глава 6

Я другая

Проснулась я от звука аварийной сигнализации. Она была настолько громкой, что вынудила меня закрыть уши. Я села, чтобы увидеть моих соседей и прояснить ситуацию, но они тоже ошарашенно смотрели по сторонам.

– Что происходит?! – потребовала объяснений Селеста.

– Это наш будильник, – довольно ответила Бланш.

Она просто обожает это место и все его изъяны. На часах шесть утра.

– Это будильник? Я думал, пожар случился, – фыркнул Нил.

– Не капризничайте, вы скоро привыкнете, – ответила Бланш, всё так же улыбаясь.

Мы быстро собрались и отправились на завтрак. В столовой мы все сели за один стол. Андрэ и Леон общаются в основном друг с другом. От Бланш по дороге я узнала, что они братья и что Леон, который здесь не первый год, попросил заселить только поступившего Андрэ к нему. Они братья, но две противоположности. Леон пышет оптимизмом. Он ведёт себя как лидер; у него бурное воображение; острая потребность во внимании; и, как я поняла, он очень любит навязывать своё мнение другим. Андрэ же не отличается излишней болтливостью. Он замкнутый, упрямый и не прислушивается к чужому мнению (это у них общее). Будучи разведчицей, я привыкла подмечать черты характера других, я стараюсь разгадать каждого человека и подобрать к нему ключик, даже если меня ждёт замок на непробиваемых воротах.

– Ну что, Зеленоглазка, расскажи нам о себе, – вдруг придумал Нил.

Он отвлёк меня от поисков. Глазами я пыталась найти Доминика – в его присутствии я чувствую себя в безопасности. Он первый, кого я увидела, и он же спас меня.

– Я всё ещё страдаю потерей памяти, – ответила я своим медовым голоском и улыбнулась.

Но эти вопросы до жути пугают меня. По мнению всех, я должна хоть что-то помнить. Мне страшно, что они разгадают меня. Но я боюсь не этих ребят, а тренеров. Эти слишком просты, их ничего не волнует, помимо тренировок и первого места в группе.

– Это должно быть так паршиво, не помнить свою жизнь, – заявила Бланш.

– Так помогите мне вспомнить, расскажите что-нибудь интересное об этом месте.

– Об училище? – сморщила лоб Селеста.

– Нет, лучше о ваших воспоминаниях.

– Я помню, что, когда в детстве упал на землю с высоты и сломал себе ногу, то мама сказала, что я не должен так себя вести – ну, плакать и всё такое.

– То есть она говорила тебе вести себя как взрослый? – попыталась я понять мысль Нила.

– Нет, она имела в виду, что я должен противостоять боли. Ты безнадёжна, – он рассмеялся. – У каждого есть такое воспоминание, когда его учат терпеть боль. Я надеялся, что это поможет тебе вспомнить подобный момент из твоей жизни. Ты говоришь о своём доме как «об этом месте» и не помнишь даже такое важное воспоминание – ты что, с Луны свалилась?

– Да, ты какая-то не такая, – сказала Селеста, поморщившись. – Ты другая по характеру, привычкам.

– Отстаньте от неё, она и так на нервах, – отрезала Бланш. – Да что с вами? Она потеряла свою семью на том сражении и ничего не помнит, а вы решили докопаться до неё. Нам пора, – заявила девушка и хлопнула рукой по столу.

Слова Селесты меня зацепили. У меня плохо выходит притворяться, что я одна из них. Мне стоит прекратить задавать вопросы.

Леон попрощался с нами и пошёл другой дорогой, так как занимается с группой постарше. Мы дошли до большого стадиона. Посередине стоит женщина в форме Фортиса, около неё Агата. Мы встали напротив них и подождали, пока нас соберётся пятнадцать.

– Я Кэтрин, ваш инструктор по бегу. На моих занятиях нельзя халтурить. Увижу, что бездельничаете, отошлю на исправительную работу. Разделитесь по два человека, последние побегут втроём.

Всё выглядит довольно безопасно. Я встала самой последней, ибо не рвалась, как Нил, встать впереди всех. Он самый высокий из всех нас и самый сильный. Сегодня с утра, пока я была в ванной, он один передвинул все наши кровати поближе к стене, сделав планировку более удобной. В комнате стало больше места, а те, кто боялся упасть на пол со второго яруса, теперь могут спать спокойно.

Нил побежал с Бланш. По-видимому, скорость Членов Фортиса превышает скорость Членов Инконспиквам, но не сильно. Они не такие быстрые, как Севир, например. Нил обогнал Бланш в самом конце. Дыхание ребят сбилось, и Бланш присела на корточки, чтобы отдышаться. Должно быть, выносливость у них тоже вырабатывается постепенно. Но я помню, что Бланш говорила, как долго она тренировалась, чтобы попасть сюда, и Нил тоже; почему же тогда их скорость можно сравнить с отличным бегуном из клана Инконспиквам? Нил похлопал Бланш по спине и игриво взъерошил ей волосы. Селеста встала вместе со мной, она тоже не рвётся в бой. Я решила выведать информацию о клане Фортис:

– А они очень хороши, – сказала я ей.

– Да, они молодцы. Они долго тренировались. Но с этими тренерами станут намного лучше.

– Люди, которые не развивают свои способности, почти ничего не умеют, – я пытаюсь звучать невозмутимо, чтобы она не заподозрила.

– Ну не совсем. Мой отец плохо бегает, но сила у него развилась хорошо.

– Напомни мне, какая способность самая тяжёлая?

– Отсутствие ощущения боли.

Девушка ответила на все мои вопросы. Она ни разу даже не удивилась, почему я не знаю того или иного факта. Я посмотрела на неё. Она скрестила руки на груди и немного съёжилась. Ей не хочется быть здесь.

Пришла наша очередь, так далеко я давно не бегала. А зачем? Я всегда могла телепортироваться. Я услышала команду «старт» и побежала вперёд. Не то чтобы я сильно стараюсь, но бежать надо. Селеста обогнала меня ещё в самом начале вместе с тем парнем, который одевается во всё чёрное. Посередине стадиона я совсем устала и просто пошла пешком. Дыхание сбилось, сердце бешено колотится. Селеста уже стоит на финише, ожидая меня.

– Ну же! Идти нельзя, хотя бы беги трусцой, – проорала мне Кэтрин.

Агата стояла неподвижно и постоянно записывала что-то в блокнот. При помощи своего зрения смогла увидеть немного текста из её записей: «Вивьен совсем не натренирована и расслаблена. Энтузиазм отсутствует. Она всегда растеряна и рассматривает обстановку, как будто что-то ищет. Такое ощущение, что для неё всё ново. Познакомить с Германом для проверки?»

Она следит за мной! Не только я их изучаю, но и они за мной приглядывают. Возможно, Севир не врал, когда говорил, что во мне до сих пор сомневаются. Я должна отсюда сбежать! Нужно немедленно встретиться с Футуре, чтобы выяснить, сколько у меня есть времени до того испытания с ямой. Агата повернулась ко мне и улыбнулась, но её глаза выражали не дружелюбие, а заинтересованность, как будто я для неё подопытная. Я добежала до группы.

– Долго же ты, – сказала Селеста. – Ты точно дочь генерала? Как тебя вообще пустили на то сражение?

Я пропустила её слова мимо ушей и подошла к Бланш. Из-за прерывистого дыхания, мне приходится повременить с вопросом. Я сделала пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться; не из-за дыхания, а из-за потрясения. Нас всегда учили, что мы должны оставаться хладнокровными, спокойными, чтобы телепортироваться в случае чего. Поэтому меня не так легко вывести из себя или сделать так, чтобы я потеряла самообладание.

– Ты знакома с Германом? – спросила я Бланш.

– Нет, а кто он? – ответила она, при этом всё её внимание приковано к парню в чёрном. Он обогнал Селесту, а та не так уж и медленно бегает. В нём Бланш видит будущую угрозу для своих достижений.

– Это я и пытаюсь выяснить.

– Спроси Леона, он здесь дольше, чем мы. Ты знакома с тем парнем? – спросила меня Бланш и кивнула на него.

Парень почувствовал пристальный взгляд и посмотрел в нашу сторону.

– Без понятия, кто он, – равнодушно ответила я.

Парень прошёл мимо нас и бросил едкую фразу:

– Вы так отстойно бегаете, что вам даже проиграть невозможно, – прозвучал его бархатный голос.

Селесты рядом нет, пожалуй, он адресовал это именно мне.

После дополнительных тренировок на бег нас отпустили. Я приняла душ и пошла обедать. Как только я зашла в столовую, то увидела Доминика. Он что-то пил и листал записную книжку, именно ту, в которой писала Агата. Он читал информацию обо всех нас, там всё, что Агата успела подметить. Я прошла мимо стола, где сидела наша компания, и направилась к Доминику. Он обладает такой внутренней силой, стойкостью и уверенностью, что это заставляет меня лететь к нему, как мотылёк на огонь. Я заварила кофе и села напротив наставника. Он поднял голову и нахмурил брови. Я хотела мигом заглянуть в тетрадь, но он быстро закрыл её.

– В чём дело? – резко спросил он.

Я посмотрела в сторону, где сидит моя компания. Все они уставились на меня. Бланш и Нил ухмыляются. Андрэ и Леон, скорее всего, делали ставку, как долго я продержусь, они активно переговаривались между собой, не сводя с меня глаз. А Селеста… я вздрогнула от её взгляда. Она смотрела на меня с некой злостью, её рука сжата в кулак. Что это? Ревность? Я мысленно вернулась к Доминику, первое что мне пришло в голову, это Герман, и я сдуру ляпнула:

– Кто такой Герман?

– Откуда ты знаешь о Германе?

– Слышала его имя сегодня. О нём разное толкуют, хотела выяснить, что из этого является правдой.

– Он тренер, с ним знакомятся только в последний год перед выпуском.

– А что в нём необычного?

– Почему ты решила, что в нём есть что-то необычное?

– Я на допросе?

– А я?

– Я просто пытаюсь освоиться здесь.

– Как и все, – подвёл итог он.

Он непробиваемый, я не могла найти к нему подход. Он был напряжён, его рука так и лежала на закрытой тетради, а глаза сверлили меня. Вдруг кто-то схватил меня за плечи, и я вздрогнула. Позади стояла Агата.

– Ты сегодня с нами сидишь? – спросила она.

– Она уже уходит, – ответил Доминик.

Я встала и направилась к своей компании. Пока я шла, до меня донёсся разговор наставников:

– Ты говорила ей о Германе?

– Нет, я только написала это.

– Она проявила слишком явный интерес к нему.

– Ты думаешь, она может быть как он?

– Нет, не как он. Она явно что-то скрывает, но точно не это.

Дальше я уже не услышала. Мне нужно было убедить их, что я одна из них, но как? Чем сильнее я стараюсь выкрутиться, тем сильнее их подозрения. Я никогда не принадлежала к их окружению. Одно меня успокаивает – они подозревают лишь то, что я из северной части Фортиса. По дороге к столику я взяла еду, а затем села к своим. Селесты здесь уже не было.

– Так, и какой у тебя общий бизнес с Домиником? – поинтересовалась Бланш неким заигрывающим тоном.

– Всё ищу информацию о Германе, – выкрутилась я.

– Леон! Кто такой Герман? Нашей Вивьен жизненно необходимо знать всё о нём! Его рост, цвет глаз, куда он ходит по ночам – выкладывай всё! – сказала Бланш, положив свою руку на плечо Леона. Я засмеялась.

– Герман? А, да, я слышал о нём. Он ведёт у выпускающихся. У него глаза разного цвета: один голубой, а другой ореховый. Он здесь работает совсем недавно, год с небольшим. Я слышал, что он крайне неприятный тип: вспыльчивый и совсем не соблюдает моральные рамки, когда ему надо что-то получить. Севир на его фоне душка. Ему лет двадцать. Он скрытен. Сейчас о нём ходят разные слухи.

– Например? – поинтересовалась я.

– Ну, например, что он не из нашего клана.

Я напряглась. Агата спросила Доминика о том, что не думает ли он, что я такая же, как Герман. Неужели они подозревают, что я из другого клана? И я проявила к Герману сильный интерес, как будто искала своего союзника.

– Нам переживать не о чем, он ведёт не у нас. А мы сейчас встаём и идём на занятие, – сказал Нил подбадривающим тоном.

– Что у нас сейчас? – поинтересовалась я.

– Тренировка на силу, – ответила Бланш. – Наши тренеры – Севир и Доминик.

– Кстати, они друзья, – шокировал меня Леон. – Это я к тому, что не стоит жаловаться одному на другого, не сработает.

– Что? Они друзья? – я не смогла скрыть своего удивления.

– Я их часто вижу вдвоём. – Пожал плечами Леон. – Да и сейчас, посмотри. – Он кивнул за мою спину.

Я обернулась и увидела, что с Домиником сидит Севир, Агата и ещё два парня. Может, поэтому Доминик стал так холоден, Севир заставляет его сомневаться во мне.

– Так, всё! Идём уже, – нетерпеливо потребовал Нил и вытянул меня из-за стола. – Ты очень любопытная, – добавил он со смехом.

Эти ребята не заставляют меня смеяться. Я не чувствую себя с ними как дома, и они немного кажутся мне с другой планеты, но мы поладили.

Глава 7

Мы с тобой похожи

Через некоторое время мы подошли к одноэтажному зданию, сделанному из красного кирпича. Мы вошли внутрь, и я увидела, что весь этаж состоит из одной большой комнаты, а напротив нас расположена стена, полностью сделанная из стекла, через это импровизированное окно я могу видеть противоположное здание. Я бросила рюкзак в угол и прошла на середину комнаты, где лежат маты. Внезапно тишина была нарушена тем, что Селеста ворвалась в помещение вместе с одногруппником, который любит ходить в чёрном. У него чёрные волосы и глубоко посаженные чёрные глаза. Его пухлые губы замерли в загадочной ухмылке, как будто есть в нём что-то, чего нам всем стоит остерегаться. Он крепкого телосложения и при этом двигается плавно, словно скользя по воздуху. На нём большой свитер чёрного цвета и чёрные штаны. Я видела его раньше, но никогда не обращала особого внимания. Среди всей этой суеты мне было не до него, но Бланш права, нам стоит узнать о нём побольше. В нём есть что-то пугающее. Я замечала, что этот парень, в отличие от меня, всегда спокоен и расслаблен, но не так, как вода, а, скорее всего, как огонь, который тлеет, выжидая своего часа.

– А вот и Ворон прилетел, – сказал Нил, толкнув Бланш в плечо.

Они считают его соперником.

– Кто он? – спросила я Нила, так как, похоже, он знает, о ком говорит.

– Никто не знает его настоящего имени. – Он пожал плечами. – Он так и представляется.

К нам подошёл Андрэ, он услышал разговор.

– Этот парень в свободное время метает ножи. Он очень хорош в этом. У него в комнате целая коллекция кинжалов. Короче, странный тип, – сказал Андрэ.

Должно быть, Ворон привлёк и его внимание, раз уж замкнутый и необщительный Андрэ решил обсудить его с нами. Андрэ ниже своего брата. У него взъерошенные волосы коричневого цвета. Очень часто он насуплен, угрюм и даже суров. Андрэ не очень любит посторонних людей, но своего брата Леона просто обожает.

– Ты знаком с ним? – поинтересовалась я.

– Да, он часто присоединяется к нашей компании, когда мы с Леоном и с другими ребятами тусим вместе. – Парень сжал губы.

– Иии? – спросила Бланш.

– Я видел несколько раз, как он уходит куда-то ночью один. Это настораживает, – продолжил Андрэ.

Через противоположную дверь зашёл Севир, а следом за ним Доминик. Севир увидел меня и поморщился. Он повернулся к напарнику.

– Ты совершил ошибку, – властно заявил Севир.

– Она одна из нас, – возразил Доминик.

Верит ли он сам в это? Мне кажется, что нет.

– На этих тренировках вы будете развивать свою силу, – начал Севир. – Будет тяжело. Я не слезу с вас, пока не буду уверен, что вы выложились на максимум. Сейчас вы так же уязвимы, как младенцы, так что советую выполнять каждое моё указание.

– Ну про младенца это не обо мне, – возразил Нил, самодовольно улыбаясь.

– Нил, тш-ш, – предупредила его Бланш.

– Хм, а давай проверим, – сказал Севир. – Подойди и сразись со мной. Если продержишься пять секунд, то я признаю, что ты не как младенец, а скорее как ребёнок.

Нил уверенно подошёл к Севиру и только хотел поднять руки, как Севир пнул его ногой в бедро, и Нил отлетел, упав на землю всем телом. Он даже одуматься не успел, как Севир подбежал, схватил его за куртку и отбросил. Нил летел до самой стены и стукнулся об неё спиной. Я уверена, Севир смог бы это проделать, даже если бы пил кофе и одновременно записывал что-нибудь в блокнот. Для него это было так же легко, как отобрать леденец у ребёнка. Если бы он захотел избавиться от меня, он бы сделал это очень быстро и без лишнего шума. Но почему он не действует? Неужели запрет Доминика так важен для него? Или же у него есть другой план…

– На войне тебя бы убили в первую же секунду, слабак!

– Довольно, – произнёс Доминик сурово. – Пора заняться делом.

Нил медленно сел. В его глазах нет разочарования, а наоборот, задор. Для него эта взбучка оказалась вызовом, и теперь он будет тренироваться ещё усерднее, по крайней мере мне так кажется.

– Начнём с тренировки на сопротивление, – продолжил Доминик. – Каждый из вас будет индивидуально бороться с нами, всё, что от вас требуется, это устоять на ногах без ответных ударов.

– Подождите, мы что, будем бороться с вами, как Нил? – спросил одногруппник, стоящий справа от меня.

– Да, – ответил Доминик, – но мы будем поддаваться. – Кто-то рядом со мной усмехнулся и прошептал: «Сомневаюсь». – Вам надо научиться уклоняться от ударов и не позволять сопернику сбивать вас с ног. Для этого вам нужно развить ловкость и быстроту реакции. Помните, что ноги – это опора воина.

Он задумался и медленно начал разглядывать всех нас. Его взгляд остановился где-то у меня за спиной.

– Ворон, ты пойдёшь первым.

Сейчас Ворон, а потом очередь дойдёт и до меня… Всё, что я хочу сейчас, это убраться отсюда. Но кто меня отпустит? Эдмонд сейчас сказал бы мне, что я теряю форму. Затем наорал бы на меня, что я совсем расслабилась. Он всегда меня так подбадривал, не давая унывать и жалеть себя. Эдмонд, где же ты сейчас? Я вспомнила его обворожительную улыбку и милые ямочки на щеках Лианы. Я всегда знала, чего от них ожидать, здесь же я не могу разгадать ни одного человека. Люди из клана Фортис отличаются от нас характером, привычками, акцентом. Я словно попала в другой мир.

Даже мои родители всегда были не похожи друг на друга. Хотя мой отец и не помнил ничего из жизни своего клана, но он вёл себя по-другому. В детстве моя мама Мелина учила меня быть рассудительной и подходить к любой задаче с умом. При наличии любой проблемы её тактикой было сначала понаблюдать и тщательно всё взвесить, а потом приступить к решению. Мой отец, напротив, подавал мне пример быстроты и смелости, он учил меня не сдаваться и быть сильной. Его тактика – сначала действовать, а потом уже размышлять. Я поняла, что эти качества у отца от его клана, когда я увидела через окно летательного аппарата, как Фортис воюет. Мама познакомилась с отцом, когда он уже провёл в Инконспикваме пять лет. Он не проявлял никаких способностей клана Фортис, кроме силы, всегда говорил, что не помнит, как попал в наш клан. Но если бы он ничего не помнил, то не вёл бы себя как они. Тогда я думала, что просто у него такой характер, но теперь я вижу, что это характер всего их клана. Ушёл ли он от них намеренно? А если так, то что вынудило его сбежать?

Ворон встал в оборонительную позу напротив Доминика. Он держал кулаки у лица, прикрывая его, а ноги бойца были слегка согнуты. Доминик занёс руку для удара, но Ворон ловко увернулся, как бы ныряя. Пока он оставался внизу, Ник нанёс удар ногой справа и ударил соперника в бедро. Ворон не ожидал следующего удара так быстро, поэтому начал спотыкаться и падать, но вовремя нашёл опору и встал назад в оборонительную позу. Следом Доминик нанёс удар левой рукой, промахнулся и сразу правой рукой сверху попал в висок, а затем ударил Ворона в печень. Парень в чёрном поплыл, он уже мало чего соображал, ведь пропустил столько ударов. Доминик продолжил попадать по нему, но соперник стоял теперь неподвижно, не пытаясь уклоняться. Наставник нанёс удар сверху прямо Ворону в голову. Студент почти упал, но в итоге всё-таки удержал равновесие. Доминик на сверхскорости оббежал противника сзади и подбил его правую ногу изнутри, Ворон упал. Скорее всего, тренер сделал это, чтобы покончить с боем, так как Ворон уже перестал уклоняться.

– Нужно тщательней следить за соперником, – сказал Доминик.

– Буду иметь в виду, – выговорил медленно Ворон.

– Тренируй реакцию, – безразлично ответил он. – Я ожидал от тебя большего.

Ворон стоял спиной к Доминику, слегка ухмыляясь, словно всё пошло по его плану. Я вспомнила его сегодняшнюю фразу: «Вы так отстойно бегаете, что вам даже проиграть невозможно». У меня сложилось впечатление, что он хотел проиграть и в беге, и в драке. Но зачем ему это? Севир всё время стоял в стороне и наблюдал за движениями парня. Затем он обратил своё внимание на нас.

– Ну что, насмотрелись? – рявкнул Севир. – Идите отрабатывайте удары, мы будем вызывать вас по одному. Не теряйте времени зря!

Мы сразу засуетились и пошли в разные стороны. Я дошла до свободной груши, но бить пока не стала.

– Бланш, – раздался голос Севира.

Теперь Доминик отошёл в сторону, а Севир вышел на середину.

Бланш поплелась в его сторону.

– Если он начнёт хулиганить, как с Нилом, оглуши его гирей, – шепнула мне Бланш и продолжила идти к Севиру.

Я улыбнулась, но, по правде, переживала за неё. Я встретилась с холодным взглядом Севира и быстро отвернулась к своему снаряду.

Бланш продержалась на ногах дольше, чем Ворон. Но на ней остались следы побоев. Она подошла ко мне, и я увидела разбитую губу и покрасневшую щёку, на которой в скором времени появится синяк.

– Этот придурок меня задел, и ему даже не жаль, – тихо сказала она мне. – Надеюсь, тебе попадётся Доминик.

Следом за Бланш пошла Селеста. Футуре предсказывал ей, что Доминик наорет на неё на втором занятии. Ранее я всё же уговорила её попробовать изменить этот сценарий ради меня. Мне важно знать, насколько будущее податливо изменениям. Она согласилась со мной тогда, но станет ли делать это сейчас? Селеста подошла к Доминику и после первого же удара ногой в бок вскрикнула. Она положила свою руку на повреждённое место, по её рукам пошла кровь.

– Что у тебя там? – нервно спросил он.

Он отодвинул её руки и вытащил из бокового кармана кинжал. Сам кинжал был в крови, он воткнулся ей в бок.

– Зачем ты носишь это с собой?

– Я… просто…

– У нас запрещено ходить с оружием без надобности!

Селеста уставилась на него, такое ощущение, что она сама не знала, откуда у неё этот кинжал. Доминик достал из рюкзака запасную футболку, оторвал от неё ткань и перевязал ногу девушки.

– Тебя ждёт наказание за нарушение этого правила. Возможно, даже исключат. – Он резко пошёл к Севиру, потом развернулся и вернулся к ней. – Зачем ты носишь его с собой? Тебе кто-то угрожает? Или же ты сама решила кого-то ранить?

– Я не знала, – начала говорить Селеста.

– Ладно, не сейчас, – он перебил её. – Ворон, проводи её до медпункта.

– Нет! – Все уставились на неё. – Я пойду с Бланш, она тоже уже закончила.

– Хорошо.

Доминик вытер нож тряпкой и положил его рядом со своим рюкзаком. Селеста облокотилась на Бланш, и они вместе вышли.

Диалог Футуре и Селесты звучит у меня в голове:

«– А мне предсказал, что на меня наорет Доминик на втором занятии. Ну предупреждён – значит вооружён.

– Именно из-за этого на тебя и наорут».

У Селесты с собой был кинжал, я не видела его у неё раньше. Ворон коллекционирует кинжалы, как сказал Андрэ, и она пришла сюда с ним. Я оглянулась на Ворона. Он стоял позади и ухмылялся. Его глаза встретились с моими, и с губ студента исчезла улыбка. Он наклонил голову слегка вправо, как бы лучше разглядывая меня, и сузил глаза. От этого у меня по коже поползли мурашки. Взгляд как у маньяка. Теперь он изучает меня. Сначала была Селеста, а теперь его жертва я. Хотя, возможно, я себя накручиваю. Я отвернулась, но не перестала ощущать на себе его взгляд. Я подняла глаза на Севира.

– Чего ты уставилась на меня как баран на новые ворота? Оглохла, что ли, или опять склероз? На середину, я сказал!

В зале раздался смех. Что? Севир? Нет, Доминик должен был вызвать меня, но не этот псих. Я посмотрела на Доминика, и наши взгляды встретились. Он знает, о чём я сейчас думаю; на моём лице написано: «Это должен был быть ты!» Но ему всё равно, его глаза ничего не выражают. Почему он стал так холоден?

Я подошла к Севиру и встала в оборонительную позу, в которой стоял Ворон. Невольно я посмотрела на парня в чёрном, в это время Севир нанёс удар слева и попал мне по уху. Я отшатнулась и схватилась за повреждённое место. Следом он хотел ударить меня в челюсть, но я видела это движение словно в замедленной съёмке, поэтому легко увернулась. При помощи абсолютного зрения я могу не только видеть далеко или в темноте, но и улавливать начало любого движения, если же, конечно, обращаю внимание на этот предмет или человека. Севир подошёл ближе и хотел нанести прямой удар с шагом, но я увернулась, и его рука пролетела мимо. Он целился правой кроссовкой в челюсть, но я успела нагнуться. Севир сразу же решил ударить стопой по моим коленям, но я перепрыгнула его ногу. На его лице отобразилось удивление. Его удары стали жёстче и напористей, но я всё время ловко уворачивалась. Я отвлеклась, и он попал по мне слева и усадил на землю, но я быстро встала. Он оббежал меня сзади, но я присела, и он не смог толкнуть меня. Затем я быстро вскочила, и он успел схватить меня за талию. Севир поднял меня в воздух, перевернул и ударил об пол. Холодная плитка врезалась в мои лопатки; воздух вырвался из моей грудной клетки; следом я ударилась головой и сразу зажмурилась от света яркой лампы.

– Неплохо, – раздался голос Доминика. – Это лучший результат, который мы сегодня видели.

– Вставай, чего разлеглась? – нервно потребовал Севир.

Но я совсем не хотела вставать. У меня болело всё: ноги от утреннего бега; руки от тренировки по ударам; голова, которая стукнулась о плитку; и другие части тела от побоев Севира. Он разбил мне бровь, и я чувствую, как кровь бежит по моему виску. Я слышу приближающиеся ко мне шаги, и вскоре в моём поле зрения появляется Доминик. Он берёт меня под мышки и поднимает на ноги. В его глазах отразилось беспокойство. Он всматривается в мои глаза, пытаясь понять, как я себя чувствую. Но я отталкиваю его.

– Я в порядке, – резко проговорила я.

Я злюсь на него. Он оставил мне эти шрамы. Он позволил Севиру забрать меня. Ко мне подошёл Нил и увёл меня к остальным ребятам. Следом Доминик вызвал Андрэ, а затем и остальных. За боем я уже не следила. Доминик, как и Агата, периодически что-то записывал в ту тетрадь.

Вскоре после дополнительных тренировок на удары нас отпустили. Я всё ещё думала о кинжале и Вороне. После душа в общежитие я пошла ужинать в столовую, а затем вернулась обратно в «убежище» № 5. Внизу никого не было, или мне так только показалось…

– Вивьен?

Я обернулась и увидела Ворона. Он сидел на диване, прямо передо мной, корпус его тела наклонён вперёд, а в его руке кинжал с красной рукояткой, на которой что-то написано. Он ловко подкидывал его в руке. Сам он сосредоточен, но его руки расслаблены. Его глаза пожирали меня.

– Чего тебе? – резче, чем обычно, сказала я.

– Я заметил, что ты на меня странно реагируешь. У нас с тобой всё хорошо?

– Нет никаких «нас». Ты отдельно, и я отдельно.

– Чего это мы такие злые?

– Это ты подкинул кинжал Селесте, не так ли?

– Мы с тобой похожи.

Я недоумевающе посмотрела на него. Он даже не стал отрицать свою подлость, а теперь ещё и утверждал, что я такая же, как он.

– Мы здесь оба играем в нечестную игру, не так ли? – продолжил он.

Он словно бросил мой же вопрос обратно мне. Он понял, что задел меня, и на его лице появилась ухмылка.

– Я не понимаю, о чём ты.

– Ты девушка с амнезией, а я парень без прошлого. И мы оба играем с ними в игру. Мы знаем всё о них, а они о нас ничего.

Что он имеет в виду? Он намекает мне, что я придумала амнезию?

– Тот кинжал был твой! – решила я вернуть наш разговор к истокам.

– Селеста? – он фыркнул. – Забудь про неё. Она всё равно не хочет быть здесь. Я просто помог ей, – он улыбнулся, но его улыбка лукава.

Что он сейчас делает? Играет с моим разумом? Ну уж нет!

– Куда ты ходишь ночью?

Он резко перестал крутить кинжал в руке, ухмылка сошла с его лица, а его глаза стали холодными. Он смотрел серьёзно. Его взгляд не стал пустым, но с лица исчезла маска хитрости, и от этого оно стало незнакомым. Мне стало жутко, но он быстро оттаял. Кинжал опять закрутился в его руке, а в глаза вернулась искра. Он продумал новый ход. В отличие от Доминика, у него есть слабые места.

– Хочешь, покажу? – сладко проговорил он.

Конечно, он не покажет мне, куда ходит ночью. В лучшем случае отведёт в какое-нибудь красивое место, а в худшем – столкнёт в пропасть, дабы избавиться от свидетеля. Идти куда-нибудь с таким психопатом мне совсем не хочется.

– Может быть, в другой раз, – язвительно проговорила я и уже собралась уходить.

– Жаль, я бы мог рассказать про Германа по дороге.

Эта фраза заставила меня остановиться и вновь обернуться на него.

– Откуда ты узнал?

Он победно улыбнулся. Куда он пытается меня выманить? В этот момент позади меня раздался щелчок дверной ручки. Из офиса вышли Доминик и Агата. В их руках были крепко сжаты рюкзаки, наставники уже собрались уходить к себе домой. Я повернулась к Ворону, у него уже не было кинжала, он его спрятал. Только сейчас я поняла, что в воздухе между мной и ним висело большое напряжение, и только их вмешательство развеяло тревогу. Ворон заметил пристальный взгляд Доминика и встал, чтобы уйти.

– Думаю, прогуляемся как-нибудь в другой раз, – сказал он, проходя мимо меня.

Когда он ушёл, Доминик обратился ко мне:

– Не связывайся с ним. Избегай его, – предупредил меня он.

– Почему?

– Я слежу за ним достаточно долго. С этим парнем что-то не так.

«Я не хочу делать то, что ты мне скажешь. Ты не знаешь меня, и я тебе безразлична», – подумала я, но кивнула ему в ответ.

После того как они ушли, я кинулась к тому дивану, ища кинжал. Он оказался воткнутым в землю рядом стоящего растения. Я оглянулась, чтобы убедиться, что Ворона ещё тут нет. На рукоятке кинжала написано: «Proprietas “Telarmis”», с латинского «Собственность “Телармиса”». Что это – фамилия, имя, компания? Я положила оружие в свой рюкзак. Пусть Ворон поищет его.

Глава 8

Уйти от ответа

Я легла спать, не дожидаясь остальных. Селеста сегодня не вернётся, её отвезли к начальству, как мне сказала Бланш.

На следующее утро аварийная сигнализация прозвучала опять. Она всё ещё такая же противная, как вчера. Бланш утверждала, что мы скоро привыкнем… Все зашевелились и медленно со стонами начали одеваться; по-видимому, мышцы болят не только у меня.

– Ты встаёшь? – спросила меня Бланш.

– Да, я сейчас. Вы пока спускайтесь, увидимся на завтраке.

– Ладно, только не проспи. За тобой придёт тренер, если не встанешь, и вытащит за волосы.

– Откуда такая информация? – спросила я сонным голосом с закрытыми глазами.

– Из той книжки с правилами, которую ты не удосужилась прочитать.

Они вышли и не закрыли за собой дверь. Я начала вспоминать, что произошло вчера. Кинжал. Ворон будет его искать. Я достала кинжал из рюкзака и покрутила в своих руках. «“Телармис”, что это означает?» – подумала я.

На завтрак я сегодня не пойду. Мне нужно найти Футуре до тренировки, и у меня есть два часа. Я оделась и поспешно спустилась на первый этаж. Внизу стоял Ворон в окружении его знакомых. Он заметил меня.

– Привет, солнышко! Тебя сегодня ждёт великий день, – мелодично сказал он, при этом маша мне рукой, точнее, медленно перебирая палец за пальцем.

Что он имеет в виду? Я, особо не обращая на него внимания, вышла на улицу. Футуре говорил, что работает психологом, значит, к нему можно попасть. Я подошла к парню, который шёл по улице. На мой вопрос по нахождению Футуре он ответил не спеша, словно пытаясь понять, насмехаюсь я над ним или нет. Ну да, наверное, здесь все знают, где он работает. Все, кроме меня. Я поблагодарила незнакомца и направилась к зданию администрации. Внутри я сразу заметила Футуре, так как он сам только недавно зашёл. Он медленно направлялся к лестничному пролёту, куда мне не войти без пропуска.

– Футуре! – окликнула его я.

Он повернулся, и его ярко-зелёные глаза остановились на мне. На его лице зажглась улыбка. Он поспешил мне навстречу.

– Вивьен! Я рад, что ты пришла.

– Да, я хотела поговорить с тобой о том предсказании.

– Давай пройдём в мой офис.

Мы направились к лестничной площадке. По дороге он стянул с себя чёрные перчатки. Я думала, он их почти никогда не снимает, ведь сам говорил, что ему тяжело переживать чувства других. Он взял меня за локоть и повёл наверх. Теперь он знает, что я сейчас ощущаю. Мы зашли в просторную комнату. Стены окрашены в белый цвет; у окна стоит чёрный стол с компьютером? Он выглядит в точности как наш из клана Инконспиквам. Откуда он у них? Мой взгляд привлекла чёрная грифельная стена, на которой мелом сделаны разные записи.

– Что это? – спросила я, кивнув на них.

– Это моменты из будущего. Тут есть и ты. – Он ткнул пальцем в запись, расположенную в верхнем правом углу: «Сказать Доминику, чтобы он забрал девушку с зелёными глазами. Она станет лучшей в группе». Я предвидел, что Севир захочет избавиться от тебя, поэтому попросил Доминика тебя забрать. Я изменил будущее. Ещё я предвидел, что у тебя невероятный талант, такой же, как у Доминика, Севира, Агаты и у других тренеров. Стать тренером не так уж и просто, нужно обладать особой силой, быстротой, ловкостью.

Он плюхнулся на белый диван с чёрными узорчатыми подушками. Я присела рядом с ним. Он положил свою руку поверх моей. В моей голове путаница. Это невозможно, чтобы я стала лучшей в группе, у меня не может быть этих способностей. Он меня обманывает? Но зачем ему это?

– Ты сомневаешься, – спросил он. – Почему? Не веришь в свои силы?

«Да, причём буквально», – подумала я. Совсем забыла, что он считывает все мои чувства.

– Ну, сейчас я не очень справляюсь.

– Да, слышал об этом от Доминика. Он говорит, что ты даже не стараешься. – Так вот для чего он мне сказал про способности, чтобы я проявила интерес к занятиям. – Слушай, я тебе не враг, ты можешь мне доверять, – сказал он, всё ещё держа свою руку на моей.

– Ты что-то хотел сказать про то предсказание с пропастью.

Я попыталась сменить тему. Верю ли я ему? Мне бы хотелось, но… он соврал мне про мои способности, или, может, неправильно истолковал своё видение.

– Да, посмотри сюда. – Он указал рукой на запись фиолетового цвета, которая находится немного ниже предыдущей заметки.

Там написано: «Вивьен бежала чересчур быстро. Зацепилась за край, но сорвалась и упала в пропасть».

– Зацепилась за край?

– Да, то есть тебе нужно придумать, как обратно вскарабкаться наверх. Если честно, то я не понимаю, где это и когда ты там окажешься.

– Я разберусь. Ты можешь мне рассказать о Германе? Я слышала о нём разные слухи.

– Мне нельзя о нём говорить со студентами.

– Доминик хочет отвести меня к нему. Я могла бы спросить у Ворона, но он подозрительней тебя, – я усмехнулась. – Мне нужно знать, с кем я столкнусь. Понимаешь, мне здесь тяжело, я ничего не помню, и Доминик постоянно следит за мной. Он подозревает, что я из северного клана Фортис.

Я подумала, что если немного ему откроюсь, то он проявит ко мне больше доверия.

– Возможно, я могу помочь тебе, раз тебе это нужно не для сплетен. Надеюсь, я могу на тебя положиться.

Футуре посмотрел мне прямо в глаза, я увидела, что он сомневается. Он глубоко вздохнул и опустил голову.

– Герман работает тренером у выпускающихся групп. У него глаза разного цвета: один карий, а другой ярко-голубой. Это из-за того, что он из другого клана. Нам это стало известно совсем недавно. Герман рассказал нам о своей прабабушке, она была из клана Первидери. Её привёз в клан Фортис наш разведчик. Он нашёл их клан и украл её по просьбе начальства. Он уже вёз девушку в клан Фортис, но по дороге передумал отдавать её им, так как влюбился. Ей надели линзы, чтобы скрыть цвет её глаз, и она слилась с остальными. Начальству он сказал, что не нашёл клан Первидери. Вскоре у них родилась дочка, у неё были способности обоих кланов родителей. Она вышла замуж за человека из клана Фортис, и у них родился мальчик, которому также передались все способности. Мальчик женился, и у них родился Герман. Он получил не все навыки, потерял чтение мыслей и отсутствие ощущения боли, но у него хорошо развита интуиция, и он знает, когда человек врёт ему. Герман рассказал о своём происхождении, когда его прабабушка и прадедушка умерли. Его взяли в училище Фредрика, как и меня. Будь осторожна с Германом, он вспыльчив и привык добиваться своего.

– Почему Германа и его родителей не задержали?

– Дети не отвечают за вину своих родителей. Да и его родители не знают, где клан Первидери. Об этом знали только его прадедушка и прабабушка. Никому обо всём этом не рассказывай, хорошо? Герман только недавно признался, и скандал вокруг этого ещё не утих.

Я кивнула в ответ. Герман опасен для меня, он может понять, что я не потеряла память. Агата тогда спросила Доминика, могу ли я быть как Герман. Они догадываются. Я окинула взглядом доску и наткнулась на запись: «Доминик, клетка упадёт».

– Думаю, мне уже пора.

– Да, возвращайся назад в общежитие, вас там будут ждать.

Он встал и направился к грифельной стене, а я тихо закрыла за собой дверь. У меня осталось тридцать минут, чтобы добраться без опозданий до общежития. Дополнительных отжиманий я не планирую. По дороге я размышляла о том, что у дочки прадедушки Германа были способности обоих кланов. Но за всю мою жизнь во мне не проявлялись способности клана Фортис. У меня их не может быть.

В общежитие я зашла без пятнадцати девять, посередине комнаты стоял Доминик. Сегодня с утра с нами занимается он. Ребят ещё не было. Я прошла до свободного дивана и присела.

– Как дела? – спросил он, не поворачиваясь.

В его руках была та тетрадь, он что-то записывал.

– Не урони клетку.

На миг повисла тишина.

– Это тебе надо об этом переживать, – усмехнулся он. – Ты говорила с Футуре, я прав? Поэтому тебя не было на завтраке.

– А ты заметил? С чего это?

Он развернулся ко мне, его холодные глаза встретились с моими. Сложно выдержать его взгляд, но я не сдамся.

– Я переживал. Вчера ты разговаривала с Вороном.

– Он опасен?

– Просто доверься мне, с ним тебе не стоит общаться.

– Доверие нужно заслужить.

– А я, значит, недостаточно заслужил?

– Зачем ты ведёшь меня к Герману? – вырвалось у меня. Теперь он знает, что я знаю.

Он усмехнулся и опустил голову.

– Если бы я хотел тебе навредить, я бы отвёз тебя к Вагосам.

– Кто это?

Он молча смотрел на меня.

– Не скажешь, не так ли? Ладно, забудь, что с Селестой?

– Её, скорее всего, исключат.

– Она не виновата, Ворон…

– Не общайся с Вороном! – перебил он меня.

– Ты не хочешь меня слушать! – повысила голос я.

– Это ты должна слушать меня! Ты наводишь на себя подозрения, неужели ты не понимаешь? Если ты хочешь остаться здесь и остаться живой, тебе придётся следовать моим указаниям.

Отворилась входная дверь, и одногруппники один за другим ввалились в комнату. Комната наполнилась голосами, смехом и непринуждённой атмосферой – именно тем, чего мне сейчас не хватало. Доминик подошёл ко мне вплотную, так близко, что другие не могли нас услышать.

– Я не понимаю, почему ты так себя ведёшь. Ты рассеянная, напуганная и всех подозреваешь. Твоя память уже должна постепенно возвращаться, но ты ничего не рассказываешь. От чего ты бежишь? От кого ты скрываешься?

– В чём конкретно ты меня сейчас подозреваешь?

Он скрестил руки на груди.

– Уходишь от ответа, значит. Хочешь знать, что я думаю? Я думаю, правда скрывается в твоих глазах; правда о твоём происхождении.

Он резко развернулся к другим.

– Выходим! Севир уже ждёт нас у самолёта. Сегодня мы отправляемся к озеру. Проверим, как долго вы можете задерживать дыхание.

Он направился к выходу, остальные поплелись за ним. Я простояла ещё некоторое время неподвижно. Почему он подозревает меня, если сам всех убедил, что я дочь генерала Джейда Коллинсона? Бланш подошла ко мне.

– Эй, ты в порядке?

– Да, всё отлично. Пошли, нам нельзя опаздывать.

– Я не могу.

Я повернулась к ней, она смотрела на свою перебинтованную руку.

– Ты сломала руку. Футуре тебя предупреждал об этом.

– Да, мне не удалось этого избежать. Но я знаю, ты сможешь! Я просто забыла об этом предсказании.

Она выглядела очень обеспокоенной, её рука сжала моё плечо. Бланш хочет убедить меня, что я могу сделать то, чего даже она не смогла. Она хочет дать мне надежду. Но прекрасно знает, что мне тут не место и я должна бежать, поджав хвост.

– Да, конечно.

Я направилась к группе, которая уже успела уйти далеко. Мы шли час, пока перед нами не появился треугольный летательный аппарат белого цвета. У нас в Инконспикваме были такие раньше, пока не создали другую модель. Что здесь творится? У них наши самолёты, компьютеры. Моё внимание отвлёк Севир, он стоял у прохода самолёта.

– Вивьен, что с тобой? Высоты боишься? – сказал Севир с усмешкой.

Только сейчас я поняла, что встала как вкопанная. Я ничего ему не ответила, а только продолжила идти к самолёту. Я подошла последней, Севир оценивающе посмотрел на меня. Внутри все сидели уже пристёгнутые, ожидая последнего человека, то есть меня. Я села рядом с Нилом.

Самолёт взлетел мягко, горы постепенно начали удаляться от нас. У них есть самолёт, значит, выбраться отсюда всё же возможно. Это сильно меня обрадовало. Я невольно взглянула на Доминика, он сидел впереди вместе с Севиром. Они о чём-то весело переговаривались. Я не могу понять его, он то холоден ко мне, то проявляет заботу. Я облокотилась на сиденье и закрыла глаза.

Через полчаса мы приземлились у озера, как выяснилось, называется оно Бездонное. Вокруг него густой зелёный лес и больше ничего. Доминик и Севир подвели нас к краю водоёма, где построен пирс. Он продолжался до середины озера, а на его конце находились железные клетки с тросами. Я растерянно посмотрела на Нила, он понял мой взгляд и приобнял меня одной рукой за плечи.

– Ваши гидрокостюмы в этой сумке, разбирайте! – крикнул Севир.

Нил отпустил меня и активно зашагал в сторону тренера. Внезапно я почувствовала чьи-то руки на талии и тёплое дыхание на шее.

– Привет, солнышко!

– Ворон.

– А кто же ещё? Или ты ещё чей-то кинжал стащила?

Я подняла взгляд на Доминика, он заметил эту сцену и скривился.

– Ты затеяла опасную игру со мной. Смотри, как бы трос на твоей клетке не оборвался.

– Тебе так дорог этот кинжал?

– Дело не в нём, а в том, что ты теперь знаешь.

Я поняла, что он говорит о надписи «Собственность “Телармиса”».

Он резко убрал свои руки.

– Ты мне пригодишься, – прошептал он.

Он схватил меня за локоть и потащил к пирсу. У него сильная хватка.

– Отпусти!

– Ага, разбежалась. Должен же их кто-то развлекать.

– У тебя неплохо выходит, – съязвила я в ответ.

– Доминик, она хочет быть первой! – крикнул он.

Доминик бросил мне гидрокостюм и открыл клетку. Мне ничего не оставалось, как начать переодеваться, я зашагала к деревянному домику, который стоял на пирсе. В нём я быстро переоделась и после подошла к железной клетке; она настолько высокая, что в ней можно было свободно стоять. На двери висел замок.

– Зачем опускать нас на глубину? – спросила я Доминика.

– Вам нужно научиться задерживать дыхание надолго именно в стрессовой ситуации. Ты должна не дышать шесть минут, это недолго. Две минуты я буду опускать тебя, две минуты ты будешь внизу и две минуты я буду тебя вытягивать.

Для них шесть минут это пустяки, но я столько не продержусь. Доминик опустил клетку в воду и натянул трос так, чтобы она оставалась только наполовину погружённой в воду.

– Запрыгивай, – скомандовал он.

Я огляделась вокруг, Ворона поблизости не было. Остальные находились на берегу, Севир им что-то объяснял. Я медленно залезла внутрь, Доминик притянул клетку вместе со мной поближе к себе. Закрыл её сверху на замок при помощи ключа и оглянулся назад.

– Вивьен, возьми ключ. Не урони его! Если что-то пойдёт не так, открой дверь и выплывай.

Он протиснул его между железными прутьями. Я потянулась за ключом и дотронулась до руки наставника, в ответ он сжал мою и ключ оказался у меня в ладошке.

– Не урони, – ещё раз сказал он и неторопливо отпустил мою руку.

Доминик схватился за трос и принялся медленно опускать клетку. Я смотрела на то, как он скрывается за толщей голубой воды. Вода надо мной становилась всё темнее и темнее. Поверхность теперь казалась тёмным туннелем со светящимся выходом, чёрной пещерой, неким грозовым облаком, которое закрывало от глаз желанный лучик солнца.

Вокруг только тёмно-синяя вода и оглушающая тишина. Все мысли – о желанном воздухе. Клетка остановилась, значит, две минуты прошло. Воздуха в моих лёгких было всё меньше и меньше. Вдруг клетка продолжила падать вниз, я прижалась к стенке. Слишком глубоко, такое не планировалось. Клетка наткнулась внизу на что-то твёрдое, наклонилась в правую сторону и продолжила лететь вниз. Сердце в моей груди на миг остановилось. Теперь я вижу, что было всё это время подо мной – глубокая бездна. Ворон. Он что-то натворил. Я лихорадочно начала искать ключ. Его тут нет. Он потерялся в глубине. Ногами я попыталась оттолкнуть дверцу, но ничего не вышло. Я в ловушке. Воздуха совсем не осталось. Я схватилась за горло, вода медленно начала заполнять лёгкие. Перед моими глазами всё поплыло, но впереди я увидела какую-то фигуру. Эдмонд? Он приближался.

Глава 9

Это сделала я?

– Она открывает глаза.

– Вивьен, давай очнись!

– Ты слышишь меня?

Все голоса перемешались в моей голове, я не понимала, кто это говорит.

– Эдмонд? Это ты? – выдавила я.

Меня кто-то приподнял и наклонил вперёд. Руками я нащупала песок.

– Давай, дыши.

Некто схватил моё лицо руками и попытался сфокусировать мой взгляд на нём. Это напомнило мне момент, когда Эдмонд успокаивал Лиану таким же образом, чтобы она телепортировалась.

– Эдмонд, уходи. Ты не такой, как они. Они не оставят тебя в покое, – промолвила я.

– Что ты несёшь?

Я разглядела Доминика перед собой.

– Доминик?

– Ты нас всех напугала, – сказал он, выдохнув.

Я оглянулась, вокруг меня стояли одногруппники, а сзади на коленях сидел Севир. Он выглядел потрясённым и запыхавшимся. Доминик весь с ног до головы был мокрый. Ворона нигде не было видно.

– Что случилось? – спросила я.

– Помимо того, что ты провалила задание, трос лопнул, – ответил Севир громким голосом.

– Я опустил клетку на нужную глубину и отошёл на минуту, а когда вернулся, трос был уже полностью погружён в воду, – пояснил Доминик. Он обтёр рукой своё лицо, чтобы избавиться от воды.

Доминик и Севир встали и отошли в сторону, они о чём-то нервно переговаривались, кажется, что-то насчёт троса. Я по-прежнему плохо соображала, но сейчас мне нужно было найти Ворона. Чёрную фигуру не так уж и сложно обнаружить. Он единственный, кто всегда одевается в чёрное. При помощи своего зрения я разглядела его в глубине леса. Рядом с ним находился ещё один силуэт. Приглядевшись, я поняла, что это мужчина. В руках Ворона стопка исписанных бумаг, которую он передавал ему. До меня донёсся повышенный тон Доминика:

– На тросе ровный срез, его кто-то обрезал.

– А ты не заметил, что она звала Эдмонда? Что это вообще за имя такое? – заявил Севир.

Ко мне подошёл Доминик и присел на корточки.

– Ты как?

– Бывало и лучше.

– Ты звала Эдмонда, кто он?

– Друг, который попал в аварию, я тебе рассказывала об этом.

– Он погиб?

– Не помню. Где Ворон?

Он огляделся и не смог его найти. Тогда он встал и пошёл искать пропавшего. Как я и хотела: он забыл обо мне, об Эдмонде и ушёл. Я вновь посмотрела в ту сторону, где видела Ворона, но там его уже не было. Это он меня чуть не погубил! Сомнений никаких нет. Во мне закипел гнев, и ничто не поможет успокоиться. Меня всегда учили, что я должна оставаться спокойной, чтобы при необходимости телепортироваться, но сейчас мне не до этого. Сейчас это не важно и не нужно.

Я встала на ноги. Вода ручьём стекала с моих волос. Во рту всё ещё ощущался привкус пресной воды. Моё тело то и дело вздрагивало от потрясения. Обернувшись, я увидела Ворона. Когда он успел добраться сюда? Он стоял в толпе, стараясь затеряться в ней, и разговаривал с Андрэ. Я зашагала в его сторону, и он увидел меня.

– Это случилось из-за тебя, – закричала я и толкнула его в плечи.

На моё удивление, он потерял равновесие и упал на песок.

– Сбавь пыл! – ответил он и быстро вскочил на ноги.

Он хочет выйти сухим из воды, остаться безнаказанным. Я подошла к нему вплотную и пнула его ногой в бедро, это движение я подглядела у Севира. Он отлетел от меня на одиннадцать метров. Я резко остановилась. Вокруг меня опять раздался гул из голосов; пара человек ринулись к Ворону. Что случилось? Это сделала я? Доминик подбежал ко мне за одну секунду.

– Эй, успокойся, – сказал он, тряся меня за плечи. – Что между вами произошло?

Кажется, я узнала что-то, за что он хочет избавиться от меня. Но я не могу ничего ответить Доминику, по крайней мере сейчас.

– Стой здесь, – скомандовал он и подбежал к Севиру.

– Она психованная, – сказал Ворон, поднявшись на ноги. Но я увидела фальшь в его глазах. Как только все обернулись, он снисходительно улыбнулся мне.

Я хотела опять подойти к нему, но Нил подбежал и остановил меня.

– Тебя и на секунду нельзя оставлять, – сказал он, улыбаясь. – Научишь?

– Что?

– Так драться. Это было сильно. Теперь стало ясно, почему твой отец взял тебя на ту бойню.

– Уведи меня отсюда, – попросила его я. Не хочу сейчас видеть их.

Он довёл меня до скамейки, которая стоит напротив озера.

– Садись здесь, я принесу полотенце, ты вся мокрая.

Отсюда я могу наблюдать, как клетки опускаются в воду. Севир починил трос и вытащил вторую клетку на пирс, теперь за раз могут погружаться два человека. Нил принёс полотенце.

– Держи, я пойду. Сейчас моя очередь. И… Вивьен?

Это имя чуждо для меня, и нехотя я отозвалась на него:

– Да?

– Попытайся ничего не натворить.

– Конечно.

«Будто это была моя вина», – подумала я.

Вскоре нам сообщили, что можно возвращаться назад в самолёт. Я переоделась в чёрные легинсы и в бордовую футболку с маленьким изображением герба училища имени Фредрика на правом рукаве и отправилась назад в летательный аппарат. Я прошла до свободного сиденья, ожидая, что Нил скоро присоединится ко мне. Сейчас здесь намного тише, чем когда мы только отправлялись к озеру. Все сидели, погруженные в свои мысли, и прокручивали тот страх, который они ощутили, сидя в клетке под толщей воды. Там они были наедине со своими мыслями, наедине с собой. Доминик вошёл в самолёт, он что-то шепнул Севиру, затем подошёл ко мне, присел рядом и пристегнулся. А он здесь надолго.

– Я хочу познакомить тебя с Германом сегодня.

– Зачем? – спросила я, подняв на него голову.

– Он задаст пару вопросов. Это не моя идея.

– Тогда чья?

– Это входит в условие сделки, которую я заключил с начальством, когда привёз тебя сюда. Герман задаст пару вопросов, чтобы убедиться, что ты не разведчица северной части клана Фортис и что тебе можно верить. Это же не проблема? Я ждал, пока твоя память вернётся. Это уже должно было случиться, но ты молчишь. Есть что-то, что мне нужно знать перед тем, как мы пойдём к Герману?

– А если я не пойду?

– У тебя нет выбора.

Черты его лица даже не дрогнули.

– Я всё равно не хочу играть в ваши игры, – сквозь стиснутые зубы ответила я и поморщила нос.

– А в чью игру ты играешь? Если ты не за нас, то против нас.

Тишина повисла между нами. Я больше не хочу ничего ему говорить, мне нужно придумать, как не выдать себя перед Германом.

Через тридцать минут мы уже были на месте.

– Жду тебя на первом этаже в общежитии к полтретьему. Попробуешь сбежать, я тебя лично найду, – сказал он, сверкнув глазами.

Отстегнувшись, я встала и направилась к выходу. Ворон остался где-то позади. У меня есть час до роковой встречи. Может, мне лучше молчать и ничего не говорить? Тогда он не сможет ничего определить, следовательно, не сможет меня обвинить. После столовой я поплелась к общежитию, где через окно увидела Доминика, сидящего на диване. Он одет по-другому, не как обычно. На нём бежевые брюки и голубая футболка.

– Ты не переоделась, – сказал он.

– У меня ещё есть десять минут.

Поднявшись наверх, я поняла, что мне нечего надеть на встречу с начальством. В комнату ворвалась Бланш.

– Бланш, спасай. Мне нужен приличный прикид, Доминик везёт меня на встречу с начальством.

– Сейчас всё исправим. Я взяла несколько вещей для официальных событий. Так, я видела, как одет Доминик, он в голубой футболке. Как насчёт чёрного платья-футляра?

Я неоднозначно посмотрела на платье, ведь придётся спускаться по скале вниз.

– Бланш, ты забыла про скалу?

– Ах да, – брюнетка хлопнула себя по лбу. – Тогда вот.

Она достала чёрные классические брюки и бирюзовую шёлковую блузку.

– Это идеально. Спасибо, – сказала я и обняла Бланш.

– Ты только возвращайся. И выясни у них, что с Селестой.

– Обязательно.

Я надела брюки с блузкой, мне повезло, что у нас с соседкой одинаковый размер одежды. Она дала мне туфли Селесты, которые подошли по размеру; думаю, она не будет возражать. Доминик уже стоял внизу у двери. Его взгляд застыл на мне.

– Чудесно выглядишь, Вивьен.

– Спасибо.

Это имя звучит для меня всё ещё странно. Я всегда была Одеттой Левори, даже когда меня называли по-другому, но сегодня мне надо полностью стать Вивьен Коллинсон, дочерью генерала. Сегодня я должна вести себя как они, думать как они и говорить как они. Доминик взял меня под локоть и наклонил голову в мою сторону.

– Надеюсь, это не последний день, когда я тебя вижу, – прошептал он мне на ухо.

От этих слов по коже поползли мурашки. Выберусь ли я оттуда? Или это и правда последний раз, когда я нахожусь здесь, а дальше тюрьма и пытки?

Он повёл меня назад той же самой дорогой, которой я пришла сюда в первый день с Агатой. Кажется, будто ленту времени отматывают назад; будто меня здесь и не должно было быть; как будто я здесь лишний элемент, который нарушает всю систему и теперь это место само выкидывает меня отсюда.

– Переживаешь? – спросил Доминик.

Он заметил моё прерывистое дыхание.

– У меня есть проблемы, о которых стоит переживать, но это не совсем то, что я сейчас чувствую. Помнишь, первый день, когда ты меня сюда привёз?

Он медленно кивнул. Мы движемся к тому туннелю, через который Агата меня привела.

– Ты сказал мне, что я должна быть сильной. Ты сказал, что хочешь, чтобы я боролась, давала отпор.

– Ты запомнила. А то тогда мне казалось, что я бросаю слова на ветер. У тебя был абсолютно пустой взгляд.

– Тебя именно так воспитывали?

Я хочу узнать что-то о нём; хоть какую-нибудь деталь о его прошлом. Он для меня сплошная загадка, как и я для него. Он по-прежнему вёл меня под локоть в сторону туннеля. Мы вплотную подошли к двери, где нужно набрать код, чтобы пройти дальше. Я отчётливо помню тот код, так как хотела им воспользоваться, чтобы сбежать… не успела.

3-16-6-15-15-16-6 21-25-10-13-10-27-6

Он наизусть набрал эти цифры, и дверь отворилась. Сильный ветер ударил мне в лицо, на миг я не смогла дышать.

– Когда я тебя сюда привёз, я думал, ты будешь ещё неделю приходить в себя. Из-за высоты все приезжие испытывают горную болезнь, которая прекращается через неделю или две. У тебя ничего такого не было, ты опять продемонстрировала силу и всех нас удивила.

– Ты не ответил на мой вопрос.

– Ты не ответила ни на один мой.

– На какой вопрос ты хочешь, чтобы я ответила?

Мы стояли на краю, он уже готовился спускаться, его правая нога свисала со скалы, а руки держались за выступ.

– Повторяй за мной, – скомандовал он.

– Я не думаю, что смогу.

– Вивьен, во-первых, я знаю лучше, на что ты способна; во-вторых, если ты ещё не поняла, мы здесь готовим солдат, которые подчиняются любым указаниям… я рядом, если что, я тебя поймаю. – Последнюю фразу он сказал мягче и снисходительней.

Я повернулась спиной к пропасти и присела на корточки. Доминик находился ниже меня и немного правей, чтобы иметь возможность поймать меня, если я буду падать. Я опустила на выступ в скале вначале правую ногу, затем левую, осталось перенести руки с плоской опоры вниз на выступы скалы, и уже не будет пути назад. Ветер донёс до меня слова Доминика:

– Смелее.

Он ещё и поторапливает. От нервов и страха закололо кончики пальцев. Я опустила руки и ухватилась за шершавые выступы, проверив их сперва на прочность.

– Молодец, теперь двигайся, как будто спускаешься по лестнице.

Я не могла видеть его лицо, но ту фразу он точно сказал сквозь улыбку. Его ещё это забавляет!

Я повторяла движение за движением: опускала сначала правую ногу, затем левую, надеясь, что не сорвусь. Внезапно моя нога ударилась обо что-то мягкое. Я обернулась и увидела Доминика в первый раз улыбающимся непринуждённо. Я задела его плечо.

– Это я, не пугайся. Дальше нет выступов, так что полезай мне на спину.

Сровнявшись с ним, я переложила правую руку ему на правое плечо, затем левую руку на левое.

– Прыгай.

За секунду я переместила свои ноги ему на торс. Он тут же сорвался в свободном полёте. Мой крик пронзил воздух. Ветер бил по затылку и по ушам. Через шесть секунд Доминик вцепился в скалу. За это время я уже успела попрощаться с жизнью.

– Всё, можешь слезать, дальше есть выступы.

– Это что, было запланировано? Я думала, ты сорвался.

– Нет, не сорвался.

Моё сердце бешено колотилось от его трюка, руками я сильней вцепилась в Доминика.

– Ладно, трусишка, держись крепче.

Он ловко и быстро принялся спускаться вместе со мной, и вскоре мои ноги достали до земли. Я наклонила корпус, чтобы отдышаться и прийти в себя.

– Пойдём в машину, – скомандовал он.

Мы дошли до парковки, которая стояла напротив скалы. Доминик открыл ту же самую машину, в которой я приехала сюда. Я уже собралась залезть внутрь, как он перегородил мне путь.

– Ты спросила, на какой вопрос я хочу знать ответ. Можно ли тебе доверять?

Я кивнула ему.

– Твой отец генерал Коллинсон?

– Да.

Он недовольно хмыкнул и опустил свой взгляд на землю. Затем отошёл от двери, обошёл машину и сел на водительское сиденье, а я села на переднее, как и в прошлый раз. Тишина прервалась звуком мотора. Через полтора часа мы доехали до большого синего здания, которое упиралось прямо в небо. Кажется, там этажей девяносто. Вокруг находятся здания поменьше, а дальше простирается лес. Мы точно не в городе. Доминик вышел из машины, быстро обошёл её и открыл мне дверь. Он подал мне руку, и я, ухватившись за неё, медленно встала.

– Я надеялся, что ты не придёшь, когда я ждал тебя внизу, – шепнул он мне на ухо.

– Почему?

– Я надеялся, что ты сбежишь. Ты либо глупа, что приехала сюда, либо я ошибаюсь насчёт твоих секретов.

– Ты сказал, что сам лично меня найдёшь, если я убегу.

– Брось, я бы поддался тебе.

Мы в такт зашагали к синему зданию. Вокруг было много людей, в основном мужчины. Кто-то одет официально, кто-то – в военную форму клана Фортис. Многие останавливались и смотрели мне прямо в глаза. Еще бы, мой цвет глаз их настораживал. Доминик заметил взгляды прохожих, взял меня под локоть и потащил за собой, чтобы я не останавливалась вместе с ними. Перед нами распахнулись огромные двери стеклянного здания, внутри оказалось ещё больше куда-то спешащих людей. Пара из них, проходя мимо нас, поздоровались с Домиником, он же только кивнул в ответ. Мы подошли к белой стойке, за ней сидела женщина, одетая в приталенное чёрное платье.

– Здравствуй, Доминик, – сказала она и обворожительно улыбнулась ему.

Её глаза остановились на мне.

– Вам к Герману, верно?

– Привет, Эмма. Да, нам к Герману, он сейчас в каком кабинете?

– Вас уже ждут. Я провожу. – Она обернулась к некоему мужчине и попросила его заменить её. Эмма пошла в сторону лифтов, а мы пошли за ней, слегка отставая. Доминик всё ещё вёл меня под локоть. Он боится, что я убегу или что меня заберут? Я не могла понять его мысли, но его руки впились в меня. Раньше я думала, что ему абсолютно на меня плевать, теперь же я сомневаюсь в этом. Мы поднялись на двадцатый этаж и вышли в просторное помещение. Впереди длинный коридор, по обеим сторонам которого находятся офисы. Если же меня раскроют, то я телепортируюсь на улицу и уеду на машине Доминика. Эмма повела нас внутрь длинного коридора, по бокам замелькали двери с именами. На двери № 324 написано: «Доминик Игнес».

– Здесь твоё имя, – сказала я ему.

– Да, это мой личный офис. Я заместитель директора военного училища имени Фредрика. Но скоро должен стать директором.

– Теперь понятно, почему с тобой здороваются так много людей.

Я вырвалась из его хватки и подошла к двери вплотную, чтобы рассмотреть через маленькое окошко, что там внутри. Доминику это не понравилось, и он потащил меня под локоть вперёд.

– Так много секретов, – сказала я ему, закатив глаза.

– Не больше твоих.

Эмма, услышав нас, хмыкнула. Она резко остановилась и развернулась к нам.

– Вам сюда.

Она посмотрела на дверь позади неё. Мы дошли до конца коридора, эта дверь находилась в тупике, она конечная.

– Спасибо, можешь идти, – сказал он.

Эмма улыбнулась ему и ушла, не посмотрев на меня. Цоканье её каблуков отбивало ритм моего зашкаливающего пульса.

– Я буду ждать тебя внизу, – сообщил он мне.

– Ты не пойдёшь?

– Меня не впустят. Это только между вами.

– Я найду тебя, если выберусь живой, – сказала я и повернулась к двери.

Доминик схватил меня за локоть, заставив обернуться.

– Это была шутка?

Его карие глаза сверлили меня.

– Не ищи меня, не нужно пытаться.

Я распахнула двери и уверенно прошла внутрь. Яркое солнце ослепило меня, из-за панорамных окон от него некуда спрятаться. Тыльной стороной ладони я закрыла глаза, отгородив себя от прямых лучей и посторонних взглядов. Передо мной была огромная комната с минимальным количеством мебели. Белые стены делали это помещение визуально ещё длиннее. Яркие декоративные аксессуары цепляли взгляд, словно не давая увидеть то, что на самом деле важно, отвлекая внимание чем-то красивым и пустым, как, например, эта ваза ализаринового оттенка красного цвета. Мой взгляд гулял по огромной люстре с яркими рубиновыми камнями, красный цвет от этих камней отсвечивал мне на лицо и на стену позади меня. Слева находился длинный чёрный стол, за которым сидели семеро мужчин и женщин. Они внимательно всматривались в меня, пытаясь разглядеть мои черты, спрятанные за рукой. Я опустила её и инстинктивно повернула голову направо в сторону шороха, мои глаза встретились с ледяным взглядом Германа. Он стоял спиной к окну, облокотившись на него. Я узнала его по глазам, а он меня по моим. В его руке бокал с какой-то золотистой жидкостью. Он тут же поставил его на тумбочку. Обернувшись назад, я успела увидеть Доминика, пока двери ещё не совсем захлопнулись. Он набрал кого-то по телефону, прислонил его к уху и посмотрел на меня.

Глава 10

Ложь за ложью

– Вивьен, проходи, – указав рукой на середину комнаты, сказал Герман так, будто общался со старым знакомым.

Ему не больше двадцати трёх лет. Он высокий, его рост примерно сто восемьдесят сантиметров. У него глубоко посаженные глаза, густые брови и миниатюрный нос. Он чем-то похож на орла. Его тело спортивно сложено, видно, что он немало времени уделяет тренировкам. Может, это от того, что он потерял способность не чувствовать боль, и так пытается обезопасить себя, становясь сильнее. У него запутанные, слегка кудрявые светло-коричневые волосы. Одет Герман весьма опрятно. На нём белая рубашка и серые джинсы, в карманах которых я заметила свисающие наушники.

Я медленно прошла вперёд, он подошёл ко мне и встал напротив. Слева от нас встали трое мужчин, полагаю, что именно они и есть начальники.

– Ты знаешь, кто я?

У него звонкий голос.

– Герман. Я слышала о тебе.

– Да что ты. И что ты слышала?

Парень посмотрел на меня исподлобья и хитро улыбнулся. Он знал, что ничего хорошего не услышит.

– Говорят, что ты вспыльчив и неуравновешен, нарушаешь все правила, влезаешь в драки.

– Неужели? Они думают, что я настолько плох? У меня совсем нет шанса произвести на тебя хорошее впечатление?

– Давай просто начнём.

– Обещаешь ли ты говорить только правду и ничего, кроме правды? Шучу, у тебя же нет выбора, – сказал он при этом смеясь.

Его смех насторожил меня. «Что за псих?» – подумала я. Я только слегка улыбнулась ему, и он тут же стал серьёзным.

– Начинайте, – сказал один из начальников.

Было видно, что им всем не до меня и они хотели поскорее всё закончить. Радует, что я у них – не главная проблема. У одного только Германа блестели глаза, он предвкушал наш разговор.

– Я заметил, ты пришла с Домиником. Ты доверяешь ему?

– Нет.

– Это правда. Тебе он нравится?

– Какое это вообще имеет отношение к тому, зачем я здесь?

– Значит, ответ «да». Ты обернулась на него в поиске опоры. – Он пожал плечами. С его лица не сходила хитрая улыбка. Он ощущал своё превосходство в этой ситуации.

– Ты помнишь своё прошлое? У тебя вернулись воспоминания?

– Не совсем.

– Врёшь. – Хитрая улыбка его исчезла, в глазах появилось недовольство и презрение. Он не любит лжи, не переносит, когда его обманывают. – А я надеялся, дорогуша, что мы поладим. Где ты родилась? – уже серьёзным тоном сказал он.

Всё моё тело напряглось. Он пугает меня. Я не могу ответить на этот вопрос, остаётся только телепортироваться. Я больше никогда не увижу Бланш, не услышу смех Нила, не обниму Селесту, не попрощаюсь с Леоном и Андрэ и никогда не узнаю Доминика. Я успела привыкнуть к ним, стать частью их жизни.

Закрыв глаза, я представила машину Доминика, чтобы оказаться там. Внезапно раздался звук аварийной тревоги. Этот звук был настолько оглушительным, что мне пришлось закрыть уши руками. Герман ринулся к мужчинам. Начальники всполошились, один из них подошёл к телефону и набрал чей-то номер.

– Что случилось? – требовательно спросил он. – Что?!

Он бросил трубку и повернулся к своим коллегам.

– Северные солдаты проломили нашу оборону. Они надвигаются на остров.

Начальники и остальные четверо резко побежали к выходу, Герман погнался за ними. Выйдя в коридор, я обнаружила, что все выбегают из своих кабинетов и бегут в сторону лифтов и лестничного пролёта. До меня донёсся голос начальника, который в трубку говорил:

– Выслать туда лучших людей!

Я подошла к окну, которое выходило на улицу, где припарковался Доминик. Примерно сто человек с пистолетами и в военной форме бежали на площадку с самолётами. При помощи своего зрения я пыталась найти Доминика. Он стоял посередине, зазывая воинов с собой. На нём та же одежда, но он надел военную куртку поверх голубой футболки. Кто-то бросил ему пистолет, и он повёл группу людей к треугольному самолёту. Оглянувшись, я поняла, что все люди с этого этажа уже спустились вниз. Всем не до меня, отлично. Я направилась к лифту, мне надо догнать Доминика. Кому он звонил? Связано ли это со мной? Как могло так совпасть, что сирена сработала как раз в тот момент, когда я уже почти была раскрыта Германом?

Мой взгляд привлёк офис № 324. Это офис Доминика Игнеса. Я успею его догнать, мне только нужно взглянуть одним глазком. В одну секунду я телепортировалась туда.

Здесь такие же панорамные окна во всю стену, но обои не белые, а чёрные. Передо мной два подвесных кресла, а между ними маленький круглый стол. Подоконник из тёмно-коричневого дерева тянется вдоль всего офиса, на нём можно сидеть. Справа находится комната с кухней, вся её передняя стена стеклянная, поэтому я могу разглядеть помещение полностью. Слева от подвесных кресел находится другая комната со стеклянной стеной, там находится офис. Я прошла туда. На длинном чёрном столе раскиданы документы, также здесь лежит коричневый блокнот в кожаном переплёте, в котором находятся телефонные номера. Здесь есть номер Севира, Футуре, Агаты, Доминика. При помощи своей абсолютной памяти я все их запомнила.

В центре комнаты находится портрет мужчины в позолоченной раме. Мужчина выглядит серьёзным и строгим, на нём военная форма. Подойдя ближе, под картиной я разглядела надпись «Фредрик Игнес». Фредрик – это основатель военного училища, но у него такая же фамилия, как у Доминика. Он его родственник? Я вышла из комнаты с портретом и уже направилась к выходу, как мой взгляд привлёк красный мигающий огонёк на кодовом замке, который я не сразу заметила. Слева от офиса находится железная дверь под цвет обоев, на ней висит этот кодовой замок. Что он там прячет? Я прислонилась рукой к этой двери. Надеюсь, там достаточно места, чтобы туда телепортироваться. Это очень сложно – телепортироваться в место, которое ты не можешь представить. Поэтому я приложила руку к двери, чтобы почувствовать то помещение: его атмосферу, тепло. Открыв глаза, я оказалась в просторной комнате с серыми стенами. Посередине стоит круглый стол. Я посмотрела на переднюю стенку и вздрогнула. На стене мои фотографии. Я подошла ближе. На первой фотографии я лежу на земле с окровавленной ногой без сознания. Это случилось после того, как меня отбросило взрывом. Это первый раз, когда они меня увидели. Рядом с этой фотографией прикреплена заметка «Одета в форму клана Фортис старого кроя. Такие уже не шьют как лет пятнадцать». От этой фотографии идёт красная нить до фотографии с ямой. Я знаю, что это за яма, она осталась от летательного аппарата, который я стёрла в порошок взрывчаткой. Рядом с этим фотоснимком висит заметка: «Она найдена возле этой вмятины. Что могло оставить её?» Он следил за мной всё это время. Ниже прикреплена другая заметка: «Она не помнит, кто такие Вагосы». Сделав шаг назад, я врезалась в комод, который до этого не замечала. Я открыла первый ящик, и передо мной появилось много бежевых папок. На одной из них написано: «Аноним», я открыла эту папку и увидела своё имя и фотографию. Здесь написано, что ни одна база данных меня не узнаёт. Ниже написан мой возраст, рост и описание внешности. Я закрыла папку, и мой взгляд упал на другую – с именем «Джейд Коллинсон». О, отлично! Я хоть что-то могу узнать о нём. Поспешно и с чувством торжества я принялась читать содержимое. Внутри много справок и документов… фальшивых документов. Здесь написано, с кем Доминик договаривался, чтобы сделать эти справки. Чем больше я читала, тем больше убеждалась, что он выдумал его… его никогда не существовало. Фотографию они взяли у человека, который умер двести лет назад.

Ещё здесь лежит свидетельство о рождении… моё свидетельство о рождении. Написано, что он мой отец и родилась я в городе Дефенис в центральном роддоме. Я закрыла папку. Зачем он всё это сделал? Знают ли другие? Моё внимание привлекла папка с именем моего отца – «Орелин». Это, конечно, не про него, но знакомое имя заставило меня открыть эту папку, как бы прикоснуться к чему-то родному. На миг я перестала дышать, мой рот открылся от удивления. Это мой отец, здесь фотография моего отца! Я застыла в ожидании фразы: «Пропал без вести», ведь это единственное разумное объяснение, почему он в этих документах. Но вместо этого я прочитала, что он разведчик и был отправлен в клан Инконспиквам на двадцать лет, на определённую миссию. Он передавал всю информацию о нас, поэтому у них наши компьютеры, телефоны, самолёты, поэтому мы не отличаемся в плане интеллектуального развития. Здесь не написано ничего обо мне или о моей маме. Прошло двадцать четыре года с тех пор, как он появился в клане Инконспиквам. Всё это время он всё докладывал им! Всё это время он всё помнил! Моя голова заболела от такой информации, я ухватилась за стенку и прочитала заметку: «У неё нет способностей клана Инконспиквам», следом висит заметка «Связана ли она с неопознанными?» Неопознанные? От этой фразы красная нить идёт к… это же фотографии Эдмонда и Лианы! Их поймали…

На фотографиях у них пустые, ничего не выражающие глаза. У Эдмонда поцарапана щека, взъерошены волосы. Лиана сидит с разбитой губой. Эти фотографии были сделаны в день, когда их нашли. Рядом с ними нет никаких заметок, значит, эта стена предназначена только для меня. Я для него загадка, а про них уже всё известно. Немного покопавшись в комоде, я нашла папку с именем «Неопознанные». В ней те же фотографии Эдмонда и Лианы. Написано, что они ничего не помнят. Я зажала рот рукой, чтобы не издать ни звука. Они стёрли себе память. Внизу написано: «Клан: Инконспиквам. Миссия: разведчики». Что они собираются с ними делать? Я должна это исправить. Мои ноги подкосились, и я упала на пол. Мысли в моей голове, словно рой диких пчёл, атаковали меня. Я прижала колени к груди и просидела так некоторое время. Когда я взглянула на часы, то поняла, что сижу здесь уже полтора часа. Нужно найти хоть какую-нибудь заметку о том, где они их держат. В папках об этом не написано. Войти в компьютер у меня не получилось из-за пароля. Обессиленная, я прижалась к стене. Мой взгляд упал на заметку. Вагосы. Кто они? Доминик ожидает, что я должна их знать. В папках нет никаких упоминаний о них. Вдруг я услышала, что входная дверь офиса отворилась со скрипом. Здесь кто-то есть. Спрятаться негде. Я телепортировалась наружу и хотела заглянуть за угол, как вдруг врезалась в кого-то.

– Севир?

– Вивьен, что ты здесь делаешь?

– Дверь была открыта.

– Как странно, Доминик никогда не оставляет её открытой.

– Он убежал в спешке, может, просто забыл.

Севир вопросительно посмотрел на меня.

– Нашла что-нибудь интересное? – спросил он язвительно.

Его тело нависло надо мной, как туча среди ясного дня.

– Что за этой дверью? – спросила я и ткнула пальцем в ту железную дверь с кодом.

– Ты издеваешься?

Он схватил меня за локоть и потащил за собой.

– Ай, больно.

– Посмотрим, что Доминик скажет на то, что ты шарила у него в офисе.

Он вышвырнул меня за дверь и громко захлопнул её.

– Пойдём.

– Куда?

– Доминик попросил меня забрать тебя отсюда. Ты возвращаешься назад в военное училище.

Плохо, что он застукал меня в офисе, а провести с ним полтора часа в машине – вообще ужас. Мы подошли к его автомобилю, и он, не посмотрев на меня, сел в неё и завёл мотор. У меня сложилось впечатление, что он игнорирует моё существование. Я покорно села на переднее сиденье и только хотела пристегнуться, как машина рванула с места, и из-за этого я ударилась головой о боковое стекло.

– Аккуратнее нельзя?!

Он повернулся и испепелил меня взглядом.

– Герман сказал, что успел задать тебе только один вопрос. Не доверяешь Доминику? Думаю, это ему тоже будет интересно узнать.

Как же он меня раздражает! Почему моё существование не даёт ему покоя? Зачем Доминик попросил серийного убийцу со взглядом маньяка забрать меня? Что, всех порядочных людей отправили воевать с северной частью? Кстати…

– Почему ты не поехал воевать, ты же заместитель лидера по военным действиям? – сказала я таким же язвительным тоном, как он.

– Выходной, прикинь.

Да уж, ответа от него не добьёшься.

– Куда мы едем? Это дорога не ведёт к училищу.

– Сперва заедем кое-куда.

Я вжалась в сиденье. Куда он меня везёт? А что, если Доминик не говорил забрать меня, и мы просто случайно столкнулись. Что он вообще делал в офисе Доминика? Вряд ли он меня там искал. Через десять минут мы остановились около кирпичного здания высотою в четыре этажа.

– Жди в машине.

Он вышел и направился ко входу, там его встретила какая-то женщина и пригласила внутрь. Прошёл примерно час, а Севира всё ещё не было. Испепеляющее солнце прожигало мою кожу, сидеть в жаркой машине становилось всё невыносимее. Я только подумала выйти и найти Севира, как он появился в дверном проёме. Ну, наконец-то! Он пожал руку какому-то человеку и пошёл за здание. В его руке находился ключ. Через пять минут слева от меня появился мужчина. Я знаю его! Он разговаривал с Вороном в лесу. Он пошёл в ту сторону, куда ушёл Севир. Что-то здесь не так. Я вышла из машины, бесшумно закрыв дверь. Заглянув за угол, я увидела, как тот мужчина замахивается на Севира. Тренер не ожидал, что сзади него кто-то есть, его застали врасплох, поэтому он сразу упал, но успел повернуться лицом. Мужчина схватил его за горло, чтобы задушить. Я взяла первое, что мне попалось под руку – камень, и бросила со всего размаха в голову того мужчины. Он обернулся на меня, и этого времени Севиру хватило, чтобы оттолкнуть его и ударить. Мужчина попятился назад, а затем Севир отбросил его в сторону.

– Уходим, уходим! – заорал он.

Я побежала к машине и неожиданно оказалась там за одну секунду. Моя скорость… Она стала как у них. Я стояла у двери машины, пребывая в шоке.

– Вивьен!

Его голос вывел меня из шока, и я запрыгнула на переднее сиденье. Севир завёл машину, и мы помчались со всей скорости.

– Надо предупредить их! – сказала я.

– Нет, за них не беспокойся. Им нужен был я.

– Им?

– А ты думаешь, он пришёл один? Поэтому я и сказал «уходим», пока остальные не подтянулись. Теперь они знают, где находится наше хранилище с оружием. Придётся отправить команду ребят, чтобы всё боеприпасы перетаскали в другое место.

– Кто они? Зачем им нужен ты?

Он молчал. Правой рукой набрал чей-то номер, левой держа руль.

– Я везу ужасно странную особу назад в наше логово… Да, Ник, она в порядке… Нашёл её в твоём офисе… Это ты сам выяснишь у неё, и она, конечно, всё сразу расскажет… Давай, будь осторожен.

Через час мы подъехали к скале. За всё это время мы больше не обменялись ни словом. На улице уже сумрачно. Небо ясное, поэтому можно увидеть полную луну. Она освещает самую верхушку скал, словно указывая на военное училище. Прохладный воздух ночи забирает весь жар дневного безумия.

– Могу я задать вопрос? – спросила я.

– Ну попытайся…

– Я слышала, что северная часть клана Фортис надвигается на остров. Нашим солдатам удалось их остановить?

– Забавно, но ситуацию утрировали. Кто-то либо подшутил, либо очень сильно преувеличил. Северная часть не пробила оборону.

Мы подошли вплотную к скале. Севир повернулся ко мне спиной.

– Запрыгивай.

– Серьёзно?

– Я не собираюсь ждать, пока ты доползёшь до верха. У меня дела.

Через некоторое время мы были уже наверху. Стеклянная дверь отворилась от того же самого кода, и мы прошли сквозь туннель. Севиру в другую сторону.

– Вивьен? – позвал он меня.

– Да?

– Я ценю то, что ты сегодня сделала. Ты не убежала. Ты рискнула своей жизнью, чтобы помочь мне. Я не расскажу Нику про то, что ты ему не доверяешь. Он, наверное, единственный, кто верит, что ты можешь стать одной из нас. Ты не заметила, что к тебе не пристают с вопросами о твоём прошлом? Потому что он не позволяет, ты под его защитой. Так что не порть с ним отношения. Но я не стану скрывать, где я тебя нашёл. Я не знаю, как ты туда попала и кто открыл тебе дверь, но мы называем это вынюхиванием информации. У тебя будут проблемы.

Я кивнула ему и пошла своей дорогой. Кажется, лёд между нами начал таять – Севир уже не так сильно ненавидит меня. Голова от навалившейся информации всё ещё раскалывалась. Я дошла до своей комнаты, где уже все готовились ко сну.

– Всё хорошо? – спросила Бланш.

– Ты остаёшься, подружка? – спросил Нил.

– Да, я остаюсь.

– Добро пожаловать, – среагировал Андрэ.

Теперь, когда я знаю, что Эдмонд и Лиана где-то здесь, я не могу уйти, не забрав их с собой. Я не знаю как, но я их найду.

– Я уже думал, ты не вернёшься, – сказал Леон и обнял меня.

– Да, я тоже.

После того как все были готовы ко сну, я выключила свет и легла в кровать. Завтра меня ждёт взбучка от Доминика, поиск зацепки о нахождении Лианы и Эдмонда, конфликт с Вороном и, конечно, занятия, куда же без них. Я думала, что чем дольше я здесь нахожусь, тем легче будет. Я думала, что всё постепенно будет проясняться, но чем глубже я копаю, тем больше вопросов у меня появляется. Если мой отец разведчик клана Фортис, то почему он до сих пор не забрал нас отсюда?

Глава 11

Сделка

Прошло три недели с моего возвращения от начальства. Доминик ещё не вернулся с войны, Агата заменяла его на всех тренировках. Мне так и не удалось с ним поговорить после нашей последней встречи. Каждый день у нас тренировки по бегу, драке, стрельбе, и иногда проводится одно дополнительное занятие, где проверяют наши умения. Мои способности постепенно раскрываются, но я это скрываю, не хочу, чтобы они стали за мной ещё пристальней следить. Если бы я им позволила увидеть мои способности, то стала бы лучшей в группе, можно сказать, что предсказание Футуре сбылось. Я ходила к нему недавно и спросила про Селесту. Он сказал, что она вернётся, так как смогла убедить начальников в своей невиновности. Конечно, дело не обошлось без Германа, он проверял её слова на правдивость. Но Селеста не знала, кто именно подкинул тот кинжал, и Ворон остался не рассекреченным. Он оказался живучей птичкой.

За всё это время мне не удалось найти хоть какую-нибудь зацепку по местонахождению Эдмонда и Лианы. Три недели – это слишком долго; живы ли они ещё? Я чувствую себя бесполезной и беспомощной, но одновременно с этим ощущаю прилив сил от раскрытых способностей.

У меня бессонница. Мне удалось заснуть лишь к четырём утра. Но вдруг мой слух пронзил гул криков и возгласов, от неожиданности я резко повернулась и упала с двухъярусной кровати.

– Ай, что за дела?! – простонала я на полу.

Да, чувствительность к боли осталась на прежнем уровне. Бланш, которая спала внизу, посмотрела на меня сонным взглядом и рассмеялась.

– Что это? – спросил Андрэ и закрыл свои уши подушкой.

Я подбежала к окну.

– Отсюда ничего не видно.

Улицу освещал начинающийся рассвет, поэтому перед собой я видела только малиновые тени деревьев и маленький огонёк на горизонте. Пять часов утра.

– Ну Ворон же у нас самый быстрый в группе, пусть сбегает и посмотрит, что там, – ответил Нил, зевая.

– Что ты делаешь? – спросила Бланш.

– Одеваюсь, хочу понять, что там происходит, – ответила я.

– Я с тобой, – среагировала Бланш.

– Я тоже, – сказал Леон, который всё это время сидел на кровати и наблюдал за ситуацией.

Андрэ и Нил переглянулись и нехотя встали.

– Нас подождите, – без энтузиазма сказал Андрэ.

Мы пошли на крики. Теперь снаружи можно было разобрать одну фразу: «Молодцы!» Обернувшись, я увидела, что другие студенты тоже стали выходить из своих общежитий, идя на звук. Чем ближе мы подходили, тем громче становились радостные возгласы. И вскоре перед нами появилась толпа других студентов. Они окружали кого-то или что-то. Я подошла вплотную к ним.

– Эй, что случилось? – спросила я незнакомую девушку.

– Наши солдаты вернулись, мы выиграли это сражение, – проорала она, тряся меня за плечи. – Северная часть отступила, – проорала она во весь голос, но уже в сторону толпы. Её крики подхватили другие, рядом стоящие, люди.

Я протолкнулась вперёд, чтобы разглядеть, что происходит. Протискиваться между сильными людьми клана Фортис – задача не из лёгких, но спустя некоторое время у меня это получилось. Внутри круга было много солдат, приехавших с войны. Их встречали дорогие им люди, обнимая и целуя. Посередине стоял Доминик, к нему прижалась Агата. Он выглядел потрёпанным и уставшим. На щеке у него был длинный порез красного цвета, его волосы взъерошены. Он почувствовал чей-то пристальный взгляд и посмотрел в мою сторону. Его взор проскользил по мне, он слегка усмехнулся. Что его развеселило? Я так и осталась стоять неподвижно, а он вскоре отвернулся назад, к Агате. Находиться здесь стало невыносимо: жарко, все кричат на ухо, сзади толкают, желая протиснуться вперёд. Я решила вернуться назад, к ребятам.

Всех их объединяло чувство радости и восторга, они ждут, что вот-вот – и победят в этой войне. Но это не моя война и не моё сражение. Меня не охватывают те чувства, которые охватывают их. Мои мысли прервал внезапный грохот, похожий на взрыв. Это фейерверки, кто-то запускал их один за другим. Небо окрасилось разными цветами, но преимущественно вспыхивал именно красный цвет. От множества фейерверков небо стало туманным. Кажется, что эти сияние и грохот слышны даже в клане Инконспиквам. Я нахмурилась от этих мыслей. Мы не могли их найти много веков, но не похоже, что они скрываются. Они ведь даже не прячутся, а находятся под открытым небом. Насколько мы, должно быть, далеко от моего клана, что клан Фортис может себе позволить так шуметь? Мне стало неуютно и страшно. Если мы так далеко, то я не смогу сама вернуться домой. Я не смогу найти свой клан. Надо мной разрывается множество фейерверков, а я стою, глядя на них, и не могу пошевелиться. Гул криков отдаляется от меня. Вся толпа медленно уходит в сторону столовой, а я застыла и не могу освободиться от своих мыслей. Так не должно всё закончиться. Я найду Эдмонда и Лиану, и мы обязательно улетим отсюда. Я найду выход из этой ситуации. Больше нельзя терять время, время действовать. Мне нужен Ворон. Вдруг сзади кто-то потряс меня за плечи.

– Эй, фейерверки закончились минут пять назад. Ничего не изменилось, ты по-прежнему ведёшь себя странно.

– Селеста! – вскрикнула я и обняла её. – Как же я рада, что ты вернулась.

– Ты представить себе не можешь, как я рада, что вернулась как раз к танцам! Пойдём в столовую, все уже ушли туда.

– К каким ещё танцам?

– Ты чего? Это же традиция! В честь возвращения солдат после удачного сражения устраивают коктейльную вечеринку. Будут отдельные танцы для нас, студентов, и отдельные для элиты, ну то есть для солдат, тренеров, лидеров по военным действиям и прочей администрации. Наша будет попроще. – Она махнула мне рукой, чтобы я пошла за ней в сторону столовой. Я послушалась её, а она продолжила свой рассказ: – Все хотят попасть на их вечеринку. Она проводится в официальном стиле. Девушки надевают красивые дорогие платья, а мужчины – смокинги. Но для того чтобы попасть к ним, нужно либо быть в родстве с кем-то, либо получить приглашение кого-нибудь из них, а это нечасто случается. Студентов к элите не пускают, – сказала она и недовольно цокнула языком. – Ну, возможно, один меня всё же пригласит.

– Селеста, подожди. – Я резко остановилась для привлечения её внимания. Почему она говорит о чём-то постороннем и не касается главной темы? – Зачем ты вернулась? У тебя был шанс сбежать. Ты же ненавидишь это место.

– А ты как думаешь?

– Ты хочешь отомстить за то, что тебя подставили? Забудь, он псих.

– Нет, глупенькая. Я вернулась, чтобы отучиться здесь. Я скучала по этому месту, здесь не так уж и плохо.

– Ты сейчас шутишь, да? Ты каждый день перед сном ругала училище всевозможными словами.

Она не могла полюбить военное училище. Бланш рассказала мне, что, когда она провожала Селесту до медпункта, та безумно радовалась, что её исключат.

– Забудь, всё в прошлом. Теперь я обожаю это место, – сказала она и потащила меня за руку в сторону столовой.

Зачем она здесь? Что она утаивает от меня? Мы вошли внутрь столовой, и весь гул криков обрушился на меня. Из-за большого количества людей здесь стало душно. Внутри помещения собрались все наши студенты, а также солдаты и тренеры. Пара студентов расспрашивали солдат о чём-то, другие либо стояли в стороне, либо вслушивались в рассказы воевавших.

– Пошли к нашим, они ещё меня не видели, – сказала она и потянула меня за собой.

– Нет, стой. Я должна найти Ворона.

– Ворона? Ты с ним близка?

– Что-то типа того, у меня с ним общее дело.

– Я с тобой! – крикнула она мне вдогонку.

– Нет, я одна. Это личное.

– Так между вами что-то есть?

– Селеста! Мне просто нужно с ним поговорить.

Её настойчивость меня напрягает. Раньше ей было всё равно, с кем я и что делаю. Я оставила её позади и начала искать знакомую фигуру. Повара ставили на стол разные закуски, звон бокалов разносился по всему помещению. Было слышно, как солдаты рассказывали свои байки студентам, от некоторых слышался хохот, у других же были серьёзные лица, и они кивали военным в знак понимания. Мой взгляд остановился на высоком парне с хмурым видом, он, как всегда, одет в чёрную одежду. Ворон стоял, облокотившись на стенку, его руки скрещены на груди. Он смотрел за всеми издалека. Смотрел слишком мрачно, особенно это выделялось в такой праздничной обстановке. Он находился в полном упадке сил. Его взгляд встретился с моим, Ворон закатил глаза и направился в другую сторону от меня. Сегодня он не так весел, как обычно, и даже не настроен язвить мне. Я догнала его и перегородила дорогу.

Примечания