Ты – здесь, ты – нигде!
Татьяна Маликова.Ловец души
Он вошел в кафе и быстро огляделся. Зал почти пуст, только несколько парочек жмутся за столиками по углам. И свет приятный – приглушенный, сумеречный. Когда-то он любил другой – яркий, бьющий в глаза свет софитов… Когда-то он и сам был другим. Радовался всяким пустякам, верил в счастье и умел создавать простенькие иллюзии на потеху публике. Неблагодарной публике, готовой забыть твое имя на следующее же утро после вчерашнего триумфа. Таков закон: сейчас они аплодируют тебе стоя, жадно ловят твой мимолетный взгляд, захлебываются от щенячьего восторга… А завтра пройдут мимо. Ничто не достается так дорого и не стоит так дешево, как успех.
Мужчина поежился и, отгоняя ненужные мысли, повел перед глазами рукой, затянутой в черную перчатку, несмотря на стоящую на улице не по-майски жаркую погоду. Уже не колеблясь, он прошел мимо пустых столиков к стеллажу, где стояло несколько книг. Детективы, фэнтези, что-то из классики, пара глянцевых журналов… Обычный ассортимент для модного кафе. Любой посетитель мог взять одну из этих книг. Или оставить здесь свою.
Человек в черных перчатках расстегнул молнию сумки и вытащил из ее темных недр непримечательную книжицу в светлой тканевой обложке.
Как часто он видел эту книгу у Нее в руках! Когда-то давно, еще в той жизни, от которой у него остались лишь жалкие клочки воспоминаний, похожие на обрывки праздничного серпантина и грязные затоптанные конфетти, которые сметают поутру с арены.
Когда-то Она любила перелистывать эти чуть пожелтевшие страницы…
Он наклонился. Ноздри тонко очерченного носа, немного напоминающего клюв хищной птицы, нервно вздрогнули, алчно вбирая в себя идущий от бумаги запах. Кажется, все еще пахнет Ее духами. Едва уловимо, но от этого запаха нутро скручивает тугим узлом, а кровь гулко начинает стучать в висках – совсем как тогда, в другой жизни… Так и кажется, что еще немного, и послышится тихий нежный голос, с укоризной произносящий его имя…
Если бы Она только знала, какой цели послужит Ее книга!
Какая злая ирония! Мастер оценит.
Уже не медля, человек поставил томик на полку и на миг легко коснулся обтрепавшегося по краям корешка старинным перстнем, в котором, как застывшая капля крови, тускло поблескивал рубин, испещренный мелкими царапинками-значками. Теперь на книге осталась особая, не видимая глазу метка. Для большинства посетителей кафе этот томик не будет ничем отличаться от других, но те, для кого приготовлен этот сюрприз, невольно, даже не отдавая себе в этом отчета, потянутся к нему. Дело будет сделано.
И тогда метка окончательно исчезнет, чтобы не вызывать подозрений и не допустить провала блестящей задумки Мастера.
Нет, все пойдет по плану, можно не сомневаться.
Мужчина отошел вглубь кафе, сел за столик и заказал услужливому официанту со штангой в мочке уха кружку кофе.
Официант, как и большинство людей, смутно чувствующих исходящую от человека в черных перчатках опасность, принес заказ почти мгновенно и поспешил тут же исчезнуть в глубинах кухни.
Кофе был украшен пышной белой пенкой, и мужчина машинально глотнул принесенный напиток, но тут же с отвращением отодвинул в сторону. С некоторых пор еда и напитки казались ему песком и пеплом. Не слишком-то приятно глотать песок и пепел.
Мужчина положил ладони на столешницу и, глядя на гладкую кожу тонких перчаток, приготовился ждать. Ждать он умел, наверное, как никто другой.
Глава 1
Романтическая находка
Это был, наверное, самый потрясающий день в ее жизни.
Небо над головой казалось настолько ярко-синим, что можно было подумать, что в фотошопе подкрутили яркость картинки. Парк приветствовал их тугими цветами, наливавшимися звонкой весенней силой, мягкой, еще не истоптанной травой и сотней самых разных запахов, среди которых сквозили сладкие цветочные нотки, тяжелый земляной аромат, а еще – привкус ванили, кокоса и свежих крендельков, которыми торговали в открытой палатке.
Алиса Панова и Олег Волков взяли себе по большому кренделю. Она – с розовой глазурью и кокосом, он – с изюмом и шоколадом. Оба смеялись, кормя друг друга из рук и перепачкав шоколадом и глазурью друг другу лица, как индейцы, вышедшие на тропу войны. Они дурачились, и было так легко, словно и не существовало той тяжелой осени, когда пришлось осваиваться в академии инициатов, столкнувшись с жесткими правилами и борьбой, развязавшейся среди студентов за место под солнцем. Словно не было страшной угрозы, предназначенной третьему члену их новообразовавшейся команды, и ужасной сцены, когда обаятельный преподаватель сценического мастерства вдруг превратился в одержимого демоном монстра…[1] Словно не было жесткой зимней сессии, в ходе которой с первого курса оказалась отчислена сразу треть потока… Словно не было внезапного отъезда Криша сразу после разговора, в котором Алиса призналась, что не может больше с ним встречаться, и последующих укоров совести, тяжелой вины за обиду и одиночество другого человека, доверившегося ей…
Но, самое главное, исчезла та ледяная стена отчуждения, что стояла между ней и Олегом бесконечно долгое время. Все недомолвки, взаимные претензии и непонимание растаяли, как тает сосулька, попавшая на мартовский солнцепек.
Все это стало вдруг далеким-далеким, как полузабытая детская сказка.
Они шли, держась за руки, купили надутый гелием воздушный шарик в виде забавного монстрика и запустили его в небо.
А потом, как в начальной школе, бегали наперегонки по дорожке. Причем, как заметила Алиса, Олег совершенно не хромал и небрежно нес свою трость в руке.
Потом они заглянули в кафе, к счастью, почти безлюдное в это время.
Они уже подошли к столику, когда Алиса вдруг заметила странного посетителя. Он сидел у дальней стены и, несмотря на жаркий день, был весь в черном: черный плащ с поднятым воротом, надвинутая на лоб черная шляпа, благодаря которой на лицо падала густая тень. На миг девушке показалось, будто у незнакомца вообще нет лица – только черная дыра, начинающаяся сразу над воротником.
Девушка вздрогнула. Внезапно ей стало не по себе. Появление незнакомца было похоже на появление черной грозовой тучи среди ясного неба.
– Алиса? – Олег встревоженно посмотрел на нее.
Панова попыталась улыбнуться и села на стул спиной к неприятному человеку. Лучший способ избавиться от раздражающего фактора – повернуться к нему спиной и постараться не обращать на него внимания. Подошедший к столику немного неформального вида официант, улыбающийся весьма мило, разрядил обстановку.
Алиса заказала кофе по-венски и два разноцветных шарика мороженого. И тут взгляд ее упал на книжную полку. Девушка сама не могла сказать, что именно ее привлекло в не слишком толстой простенькой книге, но как завороженная Алиса сделала несколько шагов и взяла томик в руки.
Он был чуть теплый, словно живой. Тканевый переплет от времени протерся по краям так, что на углах выглянула картонная основа… слегка пожелтевшие страницы… Чувствуя странное волнение, словно в предчувствии чего-то то ли очень прекрасного, то ли крайне важного, она прочитала тисненное вылинявшим золотом название: «Лирическая поэзия». На титульном листе едва можно было разглядеть выцветшую надпись, сделанную, очевидно, перьевой ручкой: «Милой Кристине», и год издания – 1945. На обороте титульного листа шли и другие имена: «Кристина», «Анечка», «Ева». Каждое из последующих имен было написано уже другим почерком и явно гораздо позже.
Алиса вздрогнула. Найденная книга так увлекла девушку, что она позабыла обо всем, даже об Олеге.
– Лирика, – ответила Алиса. – Посмотри, последняя строка в этом стихотворении подчеркнута расплывшимися синими чернилами. Представляешь, кто-то давным-давно листал эту книгу и делал отметки… Видимо, книга передавалась в семье из поколения в поколение! Это же настоящая живая история!
Они вернулись к столу, им принесли заказ, но Алиса и Олег были больше заняты странной находкой. Некоторые строчки в книге оказались подчеркнуты, но, что самое удивительное, среди страниц лежал засушенный цветок мака. Совсем плоский, поблекший и давным-давно лишившийся запаха, необыкновенно хрупкий и трогательный.
– Я уверена, что с этой книгой связана какая-то романтическая история. Двое влюбленных… Он подарил ей этот цветок… А потом что-то случилось… – Алиса склонилась над страницами. – Знаешь, мне кажется, что я чувствую слабый аромат каких-то духов…
Олег тоже нагнулся над книгой и посмотрел на Панову виновато.
– А мне кажется, пахнет только старой бумагой… Но считаю, ты права насчет влюбленных. Есть в этой книге нечто особенное…
– Ты тоже почувствовал?! – Алиса в волнении сжала его руку.
Волков кивнул.
Некоторое время они так и сидели над книгой, держась за руки. Казалось, в этот момент весь воздух между ними пропитывается особой магией. Они стали как-то особенно близки друг другу, словно сами души их сейчас соприкоснулись, как соприкасались руки.
– Ты думаешь, они были счастливы? – спросил Олег.
И Алисе не потребовалось переспрашивать, о ком он говорит.
– Я уверена, что да, – ответила она и слегка нахмурилась.
– Ты думаешь, что недолго? – Олег не отводил взгляда, легко читая все ее мысли и не ожидая ответа на свой вопрос: оба уже чувствовали, что в той далекой истории было нечто загадочное и трагичное.
У столика появился официант.
– У нас сегодня плохой кофе? – спросил молодой человек немного нервно.
– Нет. – Олег поспешно подвинул к себе чашку и сделал большой глоток. – Очень вкусно. А с чего вы решили?
– Да тот… – официант кивнул в дальний угол, – тоже его пить не стал.
Алиса, позабывшая о незнакомце в черном, посмотрела туда, куда указывал парень. Зловещий тип исчез, видимо, прошел мимо, пока оба были заняты книгой, и на столе действительно стояла одинокая чашка кофе. Кажется, даже не тронутая.
– Спасибо, все вкусно. – Алиса, улыбнувшись, принялась собирать ложечкой растаявшее мороженое. – Мы просто засмотрелись… Скажите, а можно взять эту книгу?
Официант посмотрел на лежащий на столе томик.
– Впервые вижу. Кто-то принес. Конечно, берите. Как будете в наших краях, приносите что-то свое, и считай, в расчете. Книгообмен. По-моему, годная идея.
И он ушел, вновь оставив их вдвоем.
– Ты уверена, что можно взять эту книгу? – спросил Волков.
– Нам же только что разрешили.
Олег досадливо поморщился.
– Я не о том, ты сама поняла… Если с ней связана какая-то трагическая история… Может, лучше просто оставить ее здесь? Помнишь, нас учили, что вещи имеют память и могут нести в себе эмоции своих владельцев.
Кроме общеобразовательных дисциплин в академии инициатов преподавали предметы весьма специфичные. Взять хотя бы теорию знаний. Казалось бы, скучнейшая дисциплина, однако лекции и особенно практические занятия профессора Мельникова проходили весьма неожиданно и, без сомнения, незабываемо. Чего стоила имитация пожара в первый же учебный день после поступления в академию или эксперимент с электрическим стулом, при одном воспоминании о котором у Алисы до сих пор коленки тряслись. Преподавались им и науки, связанные с оккультизмом, магией и древними верованиями. Один из предметов этого профиля как раз и вел Криш, и именно его лекцию вспомнил сейчас Олег Волков.
Да, действительно, опасно брать вещь, носящую на себе яркий отпечаток прежнего владельца, особенно если с ним случилось нечто нехорошее или он испытывал яркие негативные эмоции… Но книга буквально заворожила девушку. От нее веяло тайной и… почему-то снами. А уж сны – главный профиль Алисы Пановой. Легкий, как тот самый пригрезившийся ей аромат духов, отпечаток сна лежал на этом томике. Расстаться с ним? Ну уж нет! Ни за что!
Девушка положила руку на книгу, словно охраняя ее от посторонних. Даже от Олега.
– Мне она нравится. Я очень хотела бы ее взять, – решительно произнесла Панова.
Олег кивнул.
– Ну что же, о чем речь. Значит, бери.
Он расплатился, и они, прихватив томик, вышли из кафе на улицу, уже тонувшую в легких, будто акварельных, весенних сумерках.
* * *
Это была странная Москва. Мало того что черно-белая, но еще какая-то не такая, непривычная взгляду. Приглядевшись, Алиса поняла, что словно попала в город из старой-старой кинохроники. Не было видно скопищ припаркованных машин, да и вид зданий оказался другим. Из центра исчезли привычные высотки, стало пусто и удивительно свободно. Мимо проехала машина, которая сейчас с честью могла бы участвовать в параде ретроавтомобилей.
«Это чьи-то воспоминания», – догадалась Алиса. Подобные сны она видела очень редко. Девушка с любопытством огляделась. Какой на дворе год, предположить она не могла.
У моста, глядя на воду, стояли юноша и девушка. Это была странная пара. Девушка казалась сказочной принцессой. Невысокая, хрупкая, в пышном, доходящем до лодыжек шелковом платье в крупный горох, с узенькой-узенькой талией, перетянутой широким поясом. На ногах у девушки были туфельки-лодочки. Прическа – классически-строгая: из пучка не выбивалось ни единой русой прядочки. Парень – высокий, особенно на ее фоне, был одет в старую военную форму с отпоротыми погонами, на рукаве виднелся шов, выполненный со всей возможной аккуратностью человека, впервые взявшего в руки иголку. Алиса подошла поближе, прислушиваясь к разговору, и вдруг заметила в руках у девушки уже знакомую книгу.
– Я подписал ее для вас… если вы не против… – смущаясь, говорил парень.
– Мы же договорились! – Девушка с притворной сердитостью посмотрела на собеседника. – Никаких «вы»!
Парень еще сильнее смутился. Он был красив, хотя его крупное волевое лицо немного портил след ожога на скуле.
– Вы такая… То есть ты такая… что мне хочется говорить «вы»… Я вот думал, что, если бы не война, мы бы никогда не встретились.
– Да, я тоже об этом думала! Вот, кажется, война – это такой беспросветный ужас! Все было так страшно! Но ведь мы победили! А еще я встретила тебя, и это самое лучшее в моей жизни.
Молодой человек повернулся и порывисто обнял девушку.
– Кристина… – прошептал он. По тому, как бережно, как осторожно он ее обнял, становилось понятно, что девушка казалась ему очень хрупкой, едва ли не стеклянной.
– Ничего, Вася, – шептала красавица в шелковом платье. Она держалась за своего спутника, словно за спасительный якорь. – Теперь все будет хорошо. Вот увидишь!
Он усмехнулся.
– Я ничего не умею, только воевать, только убивать людей. А ты даже не знаешь, какая это грязь – война! Ты жила в другом мире. Ты – Золушка с подмостков, а я?..
– Глупости! – Кристина отстранилась. – Ты – победитель и не говори о том, что никуда не годен! Просто тебе еще не удалось пожить мирной жизнью. Вот посмотрим! Ты выучишься, найдешь хорошую работу! Стране знаешь как нужны сейчас умные и смелые люди!.. А я… ну хочешь, я уйду из балета? Хочешь?!
Юноша склонил голову.
– Ты права, Кристина. Я веду себя как трус. Я действительно выучусь. Ради тебя, ради нас! И не вздумай даже бросать балет! Обещаешь?
– Дурачок! – Она засмеялась. – Конечно, обещаю! Я же тебя люблю!
Они принялись целоваться, и Алиса, опомнившись, поспешно отступила.
Она и сама чувствовала себя счастливой. Вот эти двое – первые владельцы доставшейся ей книги! Они такие разные, но они любят друг друга, а любовь творит настоящие чудеса! Эта книга стихов как талисман, как знамя всепобеждающей любви! И Алиса с Олегом тоже могут быть счастливы – просто так, не оглядываясь на прошлое, не опасаясь будущего. Счастье таится в каждом мгновении, главное – оставлять свое сердце открытым!
Зазвенел проезжающий мимо трамвай, болтая и смеясь, прошла группка молодежи, по одежде напоминающая скорее Василия, чем его рафинированную спутницу… Сорок пятый год – год, которым датирована книга стихов, год нашей победы в Великой Отечественной войне… Какое, оказывается, это яркое, счастливое время – время новых надежд, когда все горизонты кажутся достижимыми…
Еще улыбаясь, Алиса отступила в туманное пространство снов, оставляя влюбленных наедине со своим счастьем.
Но до чего же хорошо, что ей удалось все это увидеть!.. Как хорошо, что они с Олегом взяли книгу!
Глава 2
Взлеты и падения
День начинался так же, как и всегда. Олег встал пораньше, чтобы погулять со своим псом Чудом, чье имя одновременно означало и Чудо, и Чудовище. Настроение после вчерашнего было замечательное, и Волков, не удержавшись, набрал СМС: «С добрым утром!»
Через минуту телефон пискнул, сообщая о приходе ответного послания: «С добрым утром! У меня потрясающая новость!»
Все ученики Международной академии истории и культуры, как официально называлась учебная организация инициатов, были обязаны проживать в общежитии, находящемся через дорогу от основного учебного здания.
Вызвано это было не столько тяжелым учебным графиком, хотя и он, к сожалению, имел место, сколько спецификой данного заведения. Дело в том, что академия, официально обучающая молодежь историческим и культурологическим дисциплинам, на самом деле являлась учебной базой ордена инициатов – тайной организации, со времен инквизиции собирающей и курирующей людей, наделенных паранормальными способностями. И до поры до времени инициаты предпочитали держать обучающихся под контролем. Правда, справедливости ради следует сказать, что без крайней нужды в жизнь студентов не вмешивались и даже, напротив, позволяли им допускать ошибки, чтобы обучение происходило на собственном опыте. Инициаты, как понимал Олег Волков, придерживались мнения, что лучше один раз пережить, чем сто раз услышать. И частично были правы.
Велев Чуду хорошо себя вести, Олег ополоснулся под душем, а туалет и душевая были в каждом номере этого странного общежития, и поспешил на завтрак в столовую.
Обычно завтракали они втроем – он, Алиса и Юля Красицкая, с начала учебного года тесно влившаяся в их копанию. Юля была удивительно красива, причем, как убедился Олег на собственном опыте, к красоте ее оказалось невозможно привыкнуть. Смотреть на нее – как на яркий свет, она и напоминала настоящий солнечный луч: светловолосая, тоненькая, с яркими голубыми глазами… неудивительно, что именно в этом теле нашла пристанище душа книжной, шекспировской, Джульетты. Но при этом, Олег не раз и сам удивлялся этому странному факту, он никогда не чувствовал себя влюбленным в Красицкую. Если бы его спросили почему, парень в недоумении пожал бы плечами, а подумав, сформулировал бы что-то вроде: «Ею нужно любоваться, разве можно влюбиться в Джоконду да Винчи или Мадонну Рафаэля?»
Когда-то он едва не допустил ошибку, начав встречаться с Юлей, но, к счастью, вовремя опомнился. Юля, похоже, была им слегка заинтересована, но только слепой мог не заметить притяжение между Волковым и Пановой, а потому девушка отступила в сторону, оставшись в этой троице на правах общей подруги и никогда не демонстрируя того, что такое положение сколь-либо доставляет ей проблемы или неудобство.
Вот и сейчас, заметив Олега в коридоре, Юля помахала рукой и легко поздоровалась:
– Привет!
– Привет! – отозвался Волков и подошел к девушке.
Алиса пока не появилась. Мимо прошла Тоня Морозова, пожалуй, самая страшненькая девушка на курсе, и Олег удивленно уставился ей вслед: что-то в ее облике сегодня было не то: то ли волосы по-новому причесала, то ли еще что-то сделала… Девушки подчас творят со своей внешностью настоящие чудеса.
Юля тоже обратила на однокурсницу внимание.
– А ей идет прическа! – присвистнула она. – И накрасилась наконец! Сразу на человека стала похожа, а то ходила целый год как серая мышка!
Но обсуждать Морозову они не стали, потому что в это время показалась Алиса.
– Всем доброе утро! Я не слишком опоздала? – Вокруг ее лица висели влажные после недавнего умывания прядки, но волосы уже были закручены в любимую прическу Пановой, похожую то ли на ушки, то ли на рожки. С этой прической Алисино лицо с узким подбородком напоминало задорную кошачью мордочку. Сходство усугубляли желтоватые глаза с вертикальными кошачьими зрачками.
– Да ты хоть целый день спать можешь, – усмехнулась Юля, – сегодня же семинар, а у тебя такая удобная специализация: спи себе и получай за это зачеты! Все бы так жили!
– Это точно! – Алиса улыбнулась, показывая, что вовсе не обиделась на шутку. – Кстати, о снах. Я сегодня видела кое-что интересное. Пойдемте, за завтраком расскажу…
История про влюбленных из послевоенного времени показалась Олегу интересной, а вот Юля отнеслась к ней настороженно.
– Отнесли бы вы назад эту книгу, – сказала она немного нервно. – Мало ли что…
Слишком личное отношение Юли к книгам было объяснимо, и Олег с Алисой понимающе переглянулись.
– Понятно. – Юля перехватила их обмен взглядами и отвернулась. – Как знаете. Но, по-моему, твои сны очень редко ведут к чему-то хорошему.
Теперь обиделась уже Алиса.
– Благодаря моим снам мы нашли и смогли спасти отца Олега, а еще помогли Квазимодо и Еве[3], – напомнила она. – Не будь вороной, которая только и умеет что пророчить беду!
– Я-то не ворона! И вообще!..
– Брейк! Брейк! – Олег поднялся со стула и замахал руками, как рефери на боксерском поединке. – Вам не кажется, что ссориться из-за книги глупо?
– А может, речь не о книге? – Глаза Юли опасно сузились. – Может, кто-то привык жить так, словно весь мир должен прогибаться под его волю? А что, очень удобно. Сегодня этот кто-то выбирает одно, завтра передумывает и берет другое… Влезает в опасные дела и выходит из них победителем. Эдакий любимчик фортуны. И все всегда у него получается!
Алиса тоже поднялась со стула. От щек девушки отхлынула кровь, а губы задрожали.
И тут Юля опомнилась.
– Ой, прости! – Она потянулась к Алисе, заглядывая в ее глаза с вертикальным кошачьим зрачком. – Что-то меня не в ту степь понесло. Я не со зла, честное слово! Ты простишь?
Алиса вздохнула.
– Знаешь, ты во многом права, – вдруг заявила она. – Я действительно иногда слишком много на себя беру.
– Девушки, – напомнил Олег, постучав по циферблату часов, которые носил на запястье, несмотря на то что и без них обычно мог с поразительной точностью определить время, – сеанс психоанализа – это, конечно, круто, но, может, отложим? Снятие баллов за опоздание еще никто не отменял.
– Это точно, и в моей ситуации каждый балл на счету, не хотелось бы вылететь из академии, – Юля протянула Алисе руку, – так что мир?
– Мир!
Они по-детски сцепили мизинцы.
Но на семинар Олег Волков все равно опоздал…
Он уже подходил к аудитории, в которой проходили занятия, когда вдруг заметил Криша. Они не виделись примерно полгода. Криш стоял, небрежно прислонившись к стене коридора, как всегда безупречно одетый, и белая рубаха с коротким рукавом подчеркивала загорелую до бронзового отлива кожу. И загар, и новая стрижка, благодаря которой волосы казались небрежно взлохмаченными, но на самом деле их укладка была выверенной до последнего волоска, очень шли ему, а ярко-синие глаза выглядели еще ярче, еще пронзительнее.
Олег замедлил шаг, чувствуя, что предательская хромота, как всегда не вовремя, возвращается.
– Не ждал? – Криш усмехнулся.
Волков пожал плечами.
– А ты, вижу, неплохо отдохнул? – спросил он небрежно.
– Если так можно сказать… – Криш разглядывал своего собеседника словно бы с любопытством. – Кстати, слышал, ты ко мне заглядывал. Моя соседка была впечатлена и не отказалась бы от свидания с тобой.
– Спасибо, у меня уже есть девушка.
– Неужели? – Криш состроил недоуменное выражение. – И давно?
Олег промолчал. Так получилось, что они оказались соперниками. С самого начала отношения между ними складывались странно, хотя Криш не раз помогал им с Алисой, а Олег спас ему жизнь там, в Антарктиде.
Наверное, Криш думал о том же, потому что его взгляд стал таким жестким, что о него, казалось, можно порезаться.
– Я был перед тобой в долгу, но теперь мы в расчете.
– В расчете, – легко согласился Олег. – Это все, что ты хотел сказать? Если ты не против, я пойду, у меня занятия.
Куратор промолчал, только усмехнулся.
И Олег направился к двери. Криш появился не вовремя. Насколько замечал Олег, он всегда предвещал неприятности. Особенно сейчас, когда отношения с Алисой едва начали складываться…
После окончания семинара, в ходе которого Волков получил несколько замечаний от преподавателя и дружественный тычок от Темы, с которым подружился в последнее время, он вышел во двор. Светило солнце, и Олег блаженно зажмурился, отпуская в безоблачное небо тяжелые и ненужные мысли.
Оживленные голоса привлекли его внимание. Олег неохотно, словно потревоженная кошка, приоткрыл глаза и посмотрел на источник шума.
На крыльце стояла группа парней и одна-единственная девушка, за внимание которой сейчас и шла конкурентная борьба. Ничего, казалось бы, примечательного. В каждом вузе на каждом курсе есть своя красавица, добиваться расположения которой является даже элементом престижа… Все бы ничего, если бы не личность этой самой девушки. Сейчас парни соревновались за милость Тони Морозовой, еще вчера, пожалуй, самой последней претендентки на чье-либо внимание, дурнушки, стоящей в самом низу лестницы престижа, которая, опять же, совершенно негласно, но незыблемо существует в каждом вузе или школе.
Тоня Морозова и популярность! Вот уж действительно что-то новенькое! Сенсация местного масштаба.
Олег припомнил, что ему и самому с утра показалось, что Морозова неуловимо изменилась, словно стала немного другой…
Ребята хвастались, перебивая друг друга, кто-то под шумок пытался пригласить Морозову на концерт, но был остановлен бдительным соперником, который громогласно сообщил, что приглашающий – ужасный зануда и халявщик. Разборка шла полным ходом.
Волков на всякий случай отошел подальше и проводил недоуменным взглядом удаляющуюся в сторону калитки шумную процессию. Если уж Тоня Морозова выбилась в королевы курса, мир, должно быть, окончательно сошел с ума.
И тут Олега словно ударили под дых, разом выбив из груди дыхание. Дверь академии отворилась, и оттуда показались Алиса и Криш. Они шли рядом и о чем-то негромко говорили. Казалось, он мог бы даже расслышать их слова, если бы сделал еще один шаг… Эти двое так увлечены беседой, что даже не заметят… Ни Криш, ни Алиса не смотрели по сторонам. Но он не сделал этого шага, только сильнее стиснул серебряную рукоять трости в виде головы грифона.
Олег видел, как девушка с досадой дернула плечом, отвечая на вопрос своего собеседника, в ухе блеснула сережка – смешной цветок на длинной серебряной дужке, каждый лепесток которого был выкрашен эмалью разного цвета.
Криш снова что-то сказал. Олег обратил внимание, как соперник посмотрел на Алису. Особенно. Так не смотрят на тех, кто не имеет для тебя значения, так не смотрят на своих бывших девушек. Панова засмеялась.
Они очень подходили друг другу, это нельзя было не признать. Криш очень красив и элегантен – не чопорно, а с грациозной и тщательно выверенной небрежностью.
Алиса споткнулась, и Криш ловко подал ей руку, заставив Олега тут же вспомнить, что сам он ходит с тростью и, должно быть, по сравнению с Кришем кажется слоном в посудной лавке.
Почему же Алиса выбрала именно его? По недоразумению? От разочарования? Из обиды на Криша и желания таким вот диким способом ему отомстить? Может быть. Почему бы и нет? На данный момент это казалось самым правдоподобным объяснением.
Смотреть на этих двоих не было никаких сил. Сейчас Олег предпочел бы оказаться где угодно – хоть в лаборатории чокнутого профессора Ланского, хоть среди снегов Антарктики – прямо так, в футболке и тонких джинсах! Где угодно, только не здесь!
Прекрасного настроения как не бывало. Дождавшись, пока Алиса и Криш уйдут подальше (и при этом отметив, что они направились не к общежитию, а куда-то прочь по улице), Олег тоже покинул школьный двор и зашагал в противоположную сторону.
Колено отозвалось привычной болью. Как услужливый колокольчик на дверях, сигнализирующий о том, что хозяина побеспокоили. Динь-динь, непорядок.
Не правда ли, физическая боль – самый предпочтительный вид боли? Олегу казалось, что именно ее легче всего перенести, просто сжав зубы.
Он долго ходил по улицам, чувствуя себя опустошенным, словно перышко, гонимое ветром, когда в кармане нетерпеливо заворочался мобильный. Вытащив его, Волков, наверное, целую минуту смотрел на экран, где, сопровождая вызов, возникла фотография. Случайно снятая вполоборота Алиса. Тогда они еще не встречались. Здесь она немного растрепанная, из прически выбились коварные прядки, брови нахмурены, и все равно она очень милая. Телефон звонил и звонил, и Олег наконец нажал на прием.
– Привет, а я тебя потеряла, – зазвучал из трубки беззаботный голос. – Эй, ты где? У вас что, семинар не закончился?.. – и тут же с новой интонацией, обеспокоенно: – Олег, что-то случилось?
Она умела понимать даже молчание, и в голосе звучало столько беспокойства, что Олегу стало ужасно стыдно за внезапную необоснованную ревность. Что на него нашло? С чего? Почему бы Алисе не поговорить с Кришем. Он же, в конце концов, их куратор. Они просто разговаривали. Все остальное – его собственные фантазии, игра больного воображения и последствия неуверенности в себе.
Ему захотелось смеяться от собственной глупости.
– Все в порядке. Немного заблудился, но уже двигаюсь в нужном направлении, – отшутился он. И, между прочим, не солгал.
– Заблудился? Ты?! Не пугай меня! – засмеялась Алиса. – Кстати… или не кстати… тут кое-кто приехал…
– А я знаю. Криш, уже виделись. – Теперь, когда странная пелена упала с глаз, имя куратора уже не вызывало волну раздражения.
– Он был по делам в Северной Африке. Немного рассказывал – ну без подробностей, просто о поездке, я аж заслушалась, – девушка вздохнула, – так захотелось взять сумку и уехать куда-нибудь далеко-далеко… Хоть завтра.
– Было бы здорово, – согласился Олег. – Постараюсь что-нибудь придумать.
– Но ты же…
– Нет, банкоматы грабить не буду, – пообещал Олег, – коплю стипендию.
– О, стипендия! – с готовностью включилась в игру Алиса. – Значит, пойду собирать чемоданы!
– Можешь не торопиться. Думаю, немного времени у тебя на сборы есть. Скажем, годик-другой, пока накоплю… Я пока еще не Криш…
– Дурачок! – перебила его Алиса. – Как будто мне важны всякие поездки! Сам приходи. Надеюсь, ты уже близко, потому что я голодная. Жду тебя у столовой.
– Мигом буду. – Олег быстро зашагал в сторону общежития, ругая себя за напрасно потраченное на переживания время – то самое, которое можно было провести с самой замечательной девушкой на свете.
А ночью, должно быть под влиянием этого разговора, ему приснился странный сон.
Еще нестарый господин, лет, должно быть, сорока с небольшим, с легкой сединой в волосах и старинным моноклем в глазу, импозантный, в светлом костюме и идеально подходящих под него лаковых ботинках предлагал Олегу поездку на двоих на экзотический остров.
Происходило это в каком-то странном офисе с безликими белыми стенами и огромным черным столом, висевшим прямо в воздухе. Как заметил Олег, ножки стола не доходили до пола. На столешнице стояла ваза в греческом стиле, из которой торчал одинокий маковый цветок, до того неуместный в этом строгом офисе, что Олег невольно обратил на него внимание.
– Ну что, молодой герой, – господин, сидевший за столом, смотрел на Волкова иронично и в то же время покровительственно, – девушкам нужно создавать насыщенную, интересную жизнь. Иначе они уйдут к тому, кто умеет ее создавать.
– Алиса не из таких, – холодно ответил Олег.
– Что значит «не из таких»? – прищурился господин. – Ах, вижу, вижу, ты о корысти. Разрази меня молния! Конечно, нет! Не корыстью одной живут люди, и я вовсе не о ней, помилуй! Просто есть девушки, которым требуются впечатления, которые постоянно идут к горизонту. Посади таких в четырех стенах, они не упрекнут тебя ни словом, но… завянут. Как цветок. – И он кивнул в сторону вазы.
Олегу не нравился этот разговор. Не нравился и господин, который не сделал еще ни одного резкого движения, но тем не менее казался слишком вертким. Впрочем, дело происходило во сне. Благодаря урокам Алисы у Олега иногда получалось если не брать контроль над сновидением, то хотя бы осознавать происходящее. Вот и теперь он понял, что спит и видит сон, являющийся продуктом его подсознания и собственных сегодняшних размышлений. Ничего странного.
– Вы – голос моего подсознания, – заявил он человеку.
– Ну и пусть, – тот вдруг подмигнул, – еще один повод прислушаться к моим словам. Кстати, не хочешь ли свозить свою девочку на райский остров?
– Конечно, хочу, – в тон ответил Волков, наблюдая, как покачивается глянцево блестящий ботинок.
– Чудненько! Вот и договорились! – Господин живо, словно фокусник, развернул на столе карту. – Так-так, что же мы выберем? Мальдивы? Белый песок, океан… райское наслаждение… Что, нет?.. Гм… Да, точно! Вот ведь старый дурак, даже не знаю, что предлагать! – Он сокрушенно покачал головой. – Слишком просто. Конечно, Французская Ривьера. Изысканный шик, тонкий вкус, а еще сможете навестить своего знакомого… как его там?
– Квазимодо, – подсказал своему подсознанию Олег.
– Точно! – обрадовался мужчина. – Такое странное имя… Но не важно! Конечно, Ривьера! – Палец с идеальным маникюром уткнулся в карту. – Могу предложить отличный курорт. Очень немноголюдный. Так сказать, для своих. Особое предложение! – Он подмигнул.
Перед Олегом на стол, будто из воздуха (а что удивительного, во сне так случается на каждом шагу), плюхнулась толстая пачка фотографий. Волков перелистал, отмечая действительно красивые виды.
А сон был не таким уж плохим, даже занятным.
– Заманчиво, – согласился он.
– Нет! – Господин вдруг выхватил у него из рук пачку. – Никуда не годится! Не вижу блеска в глазах! Не вижу истинного желания! Не пойдет!
Чудак в лакированных ботинках оказался смешным и забавным.
– Все! Теперь нет сомнений! – Палец господина торжественно взмыл вверх. – Третий раз – самый верный, герой! Вот это – то, что нужно для вас!
Перед Олегом появилась всего одна фотография большого формата. Похожий на отколотую с одной стороны чашу остров с трехцветными скалами – белыми, черными, красноватыми. На них громоздились напоминающие ласточкины гнезда белые дома. Остров терялся в лазурно-синем, слепящем море. Это было красиво – на грани боли.
– Прекрасный выбор, молодой герой! – Господин, хотя Олег пока еще ничего не выбрал, покровительственно похлопал его по руке. – Это Санторини. Один из греческих островов. Ах, Эллада… alma mater. – Он преувеличенно громко вздохнул. – Место силы, сама чаша живой истории. Знаете ли вы, молодой герой, что в начале второго тысячелетия до нашей эры на этом острове уже была удивительная цивилизация! Видели бы вы эти прекрасные дворцы, эти невероятные фрески и тонко подогнанные мозаичные полы!.. Настоящая работа, а не ваш нынешний… как это называется?.. ага, спасибо, ширпотреб. В то время это была мощнейшая цивилизация! Кораблестроение, ремесла, апофеоз культуры.
Олега позабавила эта цветистая речь, полная преувеличений и слов в превосходной степени.
– И что же стало потом? – поинтересовался он.
– Вулкан, – вздохнул господин. – Коварный, как кот, который кажется спящим, но сторожит глупых мышей. Вулкан Санторин, находящийся в самом центре тогда еще круглого острова, однажды проснулся. Ну а дальше как в этих ваших фильмах про глобальные катастрофы. Лава, цунами, последние крики и прощальные поцелуи… Было весело. В конце концов большая часть острова оказалась затоплена, а из оставшейся получился прекрасный курорт. Как раз подходящее место для романтических каникул с девушкой.
Олег взял со стола фотографию. И действительно, завораживает.
– Ну что, согласен? Хочешь провести там каникулы? – Господин в лаковых ботинках с довольным видом откинулся на спинку кресла и забарабанил по столешнице наманикюренными пальцами, на одном из которых тускло сверкнуло массивное серебряное кольцо.
– Да, еще бы, – ответил Волков и в тот же момент проснулся.
Необыкновенный сон еще казался очень ярким, словно комната в общежитии была всего лишь выдумкой, а странный кабинет и волшебный остров как раз и являлись реальностью.
Как там назывался этот остров? Есть ли вообще такой?
Олег загрузил компьютер и взялся за изучение темы. Остров существовал на самом деле, и найденные в Сети фотографии оказались почти не хуже той, что Волков видел во сне. История острова тоже плюс-минус соответствовала.
«Ну вот, я уже во сне подключаться стал, – подумал Олег, листая фотографии и любуясь ярко-синим морем, невероятными скалами, цветущими террасами и лепящимися, как ласточкины гнезда, белыми домиками. – А ведь мастер предупреждал нас, что когда-нибудь такое произойдет. Нужно будет сходить на консультацию к специалистам по миру снов, чтобы случайно не устроить во сне мировой компьютерный коллапс. А то мало ли что в следующий раз приснится…»
На этой мысли он широко зевнул. До звонка будильника оставалось еще около двух часов, и стоило воспользоваться ими по прямому назначению.
«Вот бы действительно съездить на Санторини с Алисой…» – мелькнуло в голове перед тем, как Волков снова уснул.
Глава 3
Невероятная возможность
После занятий первокурсников собрали в актовом зале.
– Подведем предварительные итоги, – объявила директриса, цепким взглядом окидывая собравшихся. – Вам на электронную почту были отправлены списки успеваемости… Все их просмотрели и сделали выводы?
Алиса заглянула в свой, отыскала собственную фамилию на двенадцатом месте и фамилию Олега – на четвертом. Странно: кажется, за сутки оба опустились в турнирной таблице. До отчисления, конечно, далеко… Но все же… Она посмотрела на тройку лидеров. Первое место – Ника, хотя и разжалованная из старост, но, похоже, от этого с удвоенной силой взявшаяся за учебу. Ничего удивительного. Второе – Виталик Кузнецов, тоже вполне ожидаемо. А вот на третьем месте, потеснив Олега Волкова, стояло имя Артема Макарова. Тема был неплохим парнем с отличными способностями к электронике. Олег говорил, что Макаров самый сильный на их семинаре, но с остальными предметами у него вроде не ладилось. Когда же он успел их подтянуть?
Она покосилась на Макарова. Он и сам казался несколько обескураженным. Возможно, набрал баллы не за учебу, а за какие-то заслуги. Бывает. У них в академии может быть все, что угодно, даже самое невероятное.
– Все, кто находится в конце списка, могут срочно попытаться исправить положение или паковать чемоданы, – жестко закончила директриса. – Но это еще не всё. Сегодня я хотела объявить о том, что советом директоров принято решение о поощрении некоторых из наших студентов.
Студенты замерли в ожидании. Такое на памяти первого курса случалось впервые. Чтобы кого-то позорили или с шумом отчисляли из академии – пожалуйста, а вот поощрение – никогда.
– Двое ваших товарищей неплохо проявили себя полгода назад, в истории с театральной постановкой. Они уже получили за это наградные баллы, однако совет директоров решил, что в соответствии с заслугами этих студентов им необходимо дополнительное поощрение в виде отдыха на любом из европейских курортов. Волков Олег и Панова Алиса, – прочитала директриса почему-то по бумажке, хотя знала всех студентов поименно и ни разу не ошиблась, – после собрания зайдите ко мне в кабинет. Поздравляю. Давайте поаплодируем.
Алиса стояла словно оглушенная. Награда оказалась действительно неожиданной. В той давней истории они с Олегом пытались помочь Юле Красицкой, оказавшейся в весьма нелегкой ситуации, и даже не думали ни о каких наградах.
Но как же здорово! Неожиданно и замечательно!
– Поздравляю! Это заслуженно! – Юля радостно сжала плечи все еще не пришедшей в себя Алисы.
– Спасибо! До сих пор не могу поверить! – Алиса повернулась к Олегу.
Он казался еще более обескураженным.
– Ты не рад? – Девушка с тревогой посмотрела на Волкова. Со вчерашнего дня он вел себя как-то странно.
– Мы как раз вчера говорили о том, чтобы куда-нибудь поехать, – изрек Олег так мрачно, словно ставил смертельный диагноз.
– И что? – не поняла Алиса.
– Как-то очень своевременно…
– Совпало. Такое бывает, – вмешалась Юля. – И даже не думайте отказываться!.. Алиска, я тебе парео одолжу. Темно-голубое, хочешь?
Их разговор привлек внимание других студентов, стоящих поблизости.
– Вы что, собираетесь отказаться? – подняла брови Ника. – Может, вы сбрендили? Вас отпускают на каникулы, да еще отправляют в райское местечко! Вот спросите у кого-нибудь со старших курсов, часто ли здесь такое случается.
Олег хмурился, и Алисе вдруг показалось это до боли обидно. Неужели он не хочет поехать куда-то с ней? Но почему?!
– Пойдем. – Волков подхватил ее за руку и потянул из толпы.
И правильно, а то слишком много любопытных ушей.
Они вышли в холл, здесь Олег остановился.
– Ты не рад? – повторила вопрос Алиса. Парень почему-то не казался счастливым.
– Как-то странно. – Волков вздохнул. – Не знаю, когда мечты начинают сбываться, это выглядит… неестественно, что ли…
– Почему же? Значит, мы идем в верном направлении. Не слышал о том, что если идешь своей дорогой, то мир сам стелется тебе под ноги? – напомнила Алиса.
Былая радость значительно померкла. Если Волков не хочет, не стоит его уговаривать.
Олег внимательно посмотрел на нее и вдруг улыбнулся.
– Прости, Алиска, что-то я веду себя как последний кретин! Конечно, это здорово! Я даже знаю чудесное место, куда мы можем поехать!..
То, что не все совершенно безоблачно, выяснилось в кабинете директора. Оказывается, нужно будет выполнить в Греции некое практическое задание и написать в виде отчета реферат. Впрочем, Алиса не удивилась. Насколько она знала инициатов, в академии подобное было в порядке вещей. Напротив, если бы им не дали никакого задания, вот тогда следовало тревожиться и думать о подозрительности ситуации.
Все складывалось великолепно, словно проходила хорошо отрепетированная театральная постановка, все участники которой знали свои роли. Наградных денег как раз хватало на поездку, в этот же день удалось забронировать хороший отель на берегу моря и билеты на самолет, а директриса академии обещала лично ускорить оформление визы, поэтому путешествие должно было состояться уже через пять дней.
Когда-то Алиса слышала, что, если идешь по правильной дороге, она сама выведет тебя к цели. И нынешняя ситуация подтверждала то, что дорога выбрана правильно. От этого стремительного развития событий немного кружилась голова. Алиса старалась не думать о том, что впервые отправится вдвоем с кем-то в поездку и этим кем-то будет не мама, а Олег Волков. Смутные опасения тенями бродили на границе сознания: вдруг Олегу станет с ней скучно? Вдруг она сделает что-то не так? Каково это вообще: остаться наедине, среди чужих незнакомых людей, которым нет до них никакого дела?
Кроме этого Алису волновали и вполне конкретные вещи: например, что взять с собой. Она вместе с мамой в течение двух дней носилась по магазинам, выбирая новый купальник, легкий белый сарафан, удобные босоножки и шлепанцы для пляжа… Юлино парео она тоже, кончено, взяла.
– Будьте внимательны, не купайтесь в шторм, не оставляйте вещи без присмотра, – в сотый раз наставляла мама. И вздыхала: – Ой, Алиска, ты уже такая большая… И такая красивая, вся в бабушку… Пожалуйста, будь очень осторожна…
Видно было, что взрослая, самостоятельная жизнь дочери очень ее смущает, однако мама крепилась и старалась не вмешиваться… или, вернее, вмешиваться как можно меньше.
– Мам, все будет хорошо. Ты же знаешь, на Олега можно положиться, – терпеливо повторяла девушка.
– Да… – Мама снова вздыхала. – Я сразу подумала, что вы отличная пара. Но ты говорила, что вы просто друзья.
– И что? – Алиса смеялась. – Тогда я просто была очень глупой. А теперь поумнела, правда?..
…Но вот необходимые приготовления были закончены, и новенький полосатый чемоданчик полностью собран. Последним Алиса положила в него книгу стихов, где между страницами по-прежнему сохранился высушенный цветок мака. О том, чтобы оставить томик в Москве, и речи не шло. Эта книга казалась Алисе символом их отношений: пока она цела, они с Олегом будут вместе.
В дверь постучали. Не дожидаясь разрешения, в комнату заглянула Юля Красицкая.
– Здорово, что вы едете, – сказала она, остановившись на пороге. – Это действительно здорово… Вот возьми, может пригодиться… У нас, кажется, примерно одинаковый размер…
Алиса приняла из рук подруги сверток, в котором оказалось великолепное вечернее платье из мягкой, чуть искрящейся золотистой материи.
– Ты серьезно?.. Это мне?.. – недоверчиво спросила девушка.
– Конечно, тебе, глупая! На Волкова платье не налезет, даже не пробуйте! – Юля пыталась шутить, но на дне ярких голубых глаз притаилась тоска.
Еще бы. Долгое время Красицкую и Волкова считали парой. Алиса могла бы поклясться, что Олег и вправду нравится Юле, а потому поступок подруги приобретал еще большую значимость и ценность.
– Спасибо! – Алиса взволнованно обняла Юлю.
– Счастливой поездки! Теперь она просто обязана стать счастливой! – Юля улыбнулась, но Алисе показалось, что и в улыбке ее скрыта горчинка – крохотная, почти незаметная.
Красицкая отвернулась – то ли для того, чтобы скрыть чувства, то ли без особой причины, и вдруг заметила на тумбочке у кровати Алисы книгу.
– Та самая? – спросила Юля, взяв в руки потрепанный томик.
Алиса кивнула. Почему-то ей стало неприятно, словно подруга без спроса коснулась чего-то глубоко личного, того, что не предназначено для других. Усилием воли девушка отогнала от себя неприятные ощущения, вернее, загнала их в глубину.
– Осторожно, не вырони цветок, он очень хрупкий, – попросила она.
– Цветок? – Юля пролистала книгу, прокрутила веером страницы. – Здесь нет никакого цветка. Наверное, уже выпал.
Алиса заглянула подруге за плечо. Цветка и вправду не было. Странно.
– Ладно, не буду отвлекать. Тебе завтра рано вставать. Счастливого отдыха! – повторила Красицкая, осторожно положила книгу на место и вышла из комнаты.
Оставшись одна, Алиса взяла в руки томик и обрадованно улыбнулась: так вот же засушенный цветок – лежит себе между страницами! Странно, что Юля его не заметила: страницы сами открываются там, где он покоится. Девушка бережно коснулась вылинявших от времени лепестков и закрыла книгу.
В аэропорт им действительно придется выехать очень рано, поэтому пора ложиться.
Девушка собиралась просто поспать, чтобы набраться сил перед дорогой, но в эту ночь ее опять втянуло в особенный сон, в сон, связанный с книгой…
Алиса вновь очутилась в прошлом, но, похоже, с эпизода, виденного в первом сне, прошло время…
На скамейке в парке вновь сидели юноша и девушка, уже другие. У девушки были красивые русые волосы, свободными волнами ложащиеся на плечи, привлекательное лицо с тонкими аккуратными чертами, смутно напоминавшими ту красавицу балерину, которую Алиса видела в первом сне. Незнакомка была одета в причудливые очень широкие джинсы, приталенную рубашку с высоко поднятым воротником и туфли на широкой массивной платформе. Рядом сидел юноша со странной прической: волосы длинные, а на висках отпущены густые бачки, одет он был фактически так же, как и девушка: в джинсы и цветную рубаху с коротким рукавом. Эта пара словно сошла с картинки из старого-старого модного журнала. Но самое главное, на коленях у девушки лежала прекрасно знакомая Алисе книга.
– Ты чувствуешь, какая в этих строках сила и правда? – спросила девушка, посмотрев ему в глаза.
Он положил руку поверх ее тонких пальцев, покоящихся на книге.
– Я верю, что мы не расстанемся, Аня.
Они замолчали, глядя друг на друга. И в этих взглядах было столько по-настоящему важного: и нежность, и понимание, и та глубинная связь, которая соединяет людей раз и навсегда. У Алисы защемило сердце. Эти двое любят друг друга, в этом нет сомнения.
Вдруг девушка засмеялась и смущенно, очень мило склонила голову.
Молодой человек тоже улыбнулся и посмотрел на нее вопросительно.
– Так, подумалось внезапно… – На щеках Анны вспыхнул румянец.
– Скажи!
– Не скажу! Сначала догони! – Девушка захлопнула книгу, легко вспорхнула со скамейки и побежала прочь.
Юноша кинулся за ней. Алиса смотрела, как они бегут по дорожке, мечутся среди сиреневых кустов. Там молодой человек наконец настигнул ловкую беглянку, преградил ей путь, раскинув руки.
– Я поймал тебя! Ну скажи же, почему ты смеялась?!
– Не скажу!
– Скажи!
– Да ерунда…
– Аня…
– Ну хорошо, хорошо. – Она уткнулась лбом ему в плечо. Алиса едва слышала и понимала, что подсматривать за влюбленными нехорошо, но все же не находила в себе силы уйти. – Я просто подумала… Что, если у нас будет дочь, я передам эту книгу ей, так же как моя мама отдала ее мне… – пробормотала девушка едва слышно. – Правда, глупости!
– Неправда! – горячо возразил молодой человек. – Так и должно быть! Нет, я не прав! Так и будет!
Вокруг звонко пели птицы, стояла теплая летняя пора, и сам воздух, казалось, был напоен любовью и счастьем… Любить, мечтать и просто-напросто быть счастливым казалось столь же естественным, как дышать.
И даже просыпаясь от звонка будильника, Алиса еще улыбалась. Эти чудесные сны, которые дарила найденная книга, обещали, что и ее собственная история окажется счастливой.
Они с Олегом, переглядываясь и пересмеиваясь, словно дети, наскоро позавтракали на кухне бутербродами и кофе. За окном едва начинался рассвет. Приехало такси, путешествие началось…
Глава 4
Райский остров
Холл отеля был роскошным. Большая винтовая лестница, мраморный пол, в котором отражались огни хрустальных люстр, мягкие удобные диваны по углам и, конечно, стойка ресепшен – большая, черная, основательная. Олег повидал уже несколько довольно неплохих отелей, но этот, разумеется, был лучший. Изысканный, похожий на сбывшуюся мечту.
– Добро пожаловать! – по-английски приветствовал прибывших пожилой добродушный грек, несмотря на жару одетый в строгую черную рубаху и черные же брюки, в круглых очках, неуклюже сползающих на самый край носа и неумолимо разрушающих презентабельно-деловой облик. – Я Наркисс Нюктакис, хозяин этого отеля. Называйте меня просто Наркисс.
– Очень приятно. – Олег, а затем Алиса пожали протянутую руку, на которой блеснул массивный серебряный перстень, Олег заметил, что на нем отчеканен узор из каких-то цветов. Видимо, перстень был старинным, возможно, родовым.
– Рад видеть каждого из своих гостей. Для меня очень важно, чтобы здесь вы чувствовали себя как дома! Пожалуйста, друзья мои, если вам что-нибудь потребуется, сразу же обращайтесь ко мне! У нас тут все совсем просто, по-домашнему. А теперь Атанасия выдаст вам ключи от ваших номеров. Атанасия!..
Темноволосая симпатичная гречанка, стоящая за стойкой ресепшен, с готовностью закивала, и вскоре они уже поднимались в расположенные на втором этаже номера.
– Тут и вправду хорошо, уютно, – заметила Алиса, оглядывая выполненный в мягких тонах холл, с пушистым ковром и большим мягким диваном.
– Меня впервые хозяин самолично встречает. – Олег остановился у двери первого из номеров. – Сразу видно, что в Греции кризис – по-настоящему дорожат клиентами.
– А что, приятно. – Девушка улыбнулась. – Я приму душ. Давай через час встретимся.
– Давай. – Он проследил, как Алиса скрылась за дверью, и неохотно пошел к своему номеру. Если бы только можно было остаться с ней!..
Санторини казался ожившей картинкой, но при том более яркой, живой, невероятной. Как раз тот редкий случай, когда реальность превосходит ожидания. Стоя на вершине острова и глядя на яркую воду и трехцветные скалы, никак не можешь поверить, что действительно очутился здесь, что подобные места вообще существуют.
– Удивительное место! – Алиса стиснула его руку. – Здесь так и чувствуешь, что Бог есть.
Олег кивнул. Происходящее казалось ему счастливым сном. Сбывшимся сном, если быть точным…
Они с Алисой долго бродили по удивительному городу, расположенному на скалах террасами, а затем вернулись к отелю. Идти до него было далековато – минут сорок, ведь располагался он гораздо ниже, на уступе скалы, ближе к берегу и пляжу с черным вулканическим песком, нагревающимся так сильно, что ступать по нему босиком все равно что идти по раскаленной плите.
На закате они купались в море, брызгая друг на друга водой и совершенно позабыв о шумной, застывшей в вечных пробках Москве. Здесь было тихо, а от того величественная первозданная красота места становилась еще значительнее, еще прекраснее.
Ужинали на открытой террасе отеля, откуда открывался вид на море. Олег пригладил и зачесал назад еще мокрые после купания волосы, переоделся в строгие черные джинсы и белую рубашку. Алиса надела искрящееся золотистое платье и босоножки на высоком каблуке, состоящие из тоненьких, как паутинки, ремешков, и казалась сказочной принцессой. На горизонте еще пылал закат, переплавляя небо и море, смешивая их в одно целое… На столе горела плавающая свечка, и ее свет отражался в бокалах с темным вином.
– Неужели мы могли сюда не приехать?.. – Олег сказал это и сам почувствовал неуместность своего вопроса.
– Даже не говори об этом! – Алиса сжала его руку.
– И вышел из моря чудовищный зверь с семью головами и десятью рогами, и было на рогах его десять диадем, а на головах его имена богохульные… – послышался вдруг рядом резкий трескучий голос. Говорили по-русски.
У их столика стоял молодой человек в белых шортах и белой, завязанной узлом майке. Вся одежда его была мокрая, и на пол террасы стекала вода. Но, самое удивительное, в кармане мокрых шорт виднелась толстая книга. У парня были безумные темные глаза и светлые редкие волосы, собранные в неаккуратный хвост.
Алиса в испуге отпрянула, бокал покачнулся, и на стол пролилось вино, похожее на темную густую кровь. На миг Олегу стало страшно, точно слова пророчества касались их самих, точно сумасшедший нарушил райский покой острова, обратив его во что-то неведомое, во что-то… по-настоящему страшное.
– Все вы погрязли в грехе, и придет возмездие. Содрогнется земля, и этот остров греха погрузится наконец в пучину! – продолжал чокнутый. – Вулкан снова проснется! Я слышал, как он ворочается во сне. Он проснется, и настанет конец! Всем, всем придется ответить за свои поступки!
Он засмеялся, захлебываясь смехом и кашлем. Капли от его мокрых волос упали на Олега и показались ему обжигающими.
Волков встал, чтобы увести ненормального от Алисы. На помощь уже спешил метрдотель, он бережно подхватил под ручку незнакомца и повел его прочь.
– Извините, – проговорил он по-английски. – Один из клиентов. У нас хорошее вино, но иногда слишком крепкое. Приятного вечера.
– Вам так же, – автоматически отозвался Олег.
Последствия странного инцидента были ликвидированы, но на душе остался неприятный осадок, словно, выпив из стакана воду, вдруг обнаруживаешь на дне крупицы песка и грязи.
– Вот ведь повезло, – вздохнула Алиса. – Этот ненормальный по-настоящему жуткий. У меня от него мурашки по коже. И как таких вообще сюда пускают?!
– Думаю, он живет здесь. – Олег пытался не выдать собственное волнение: зачем нагнетать обстановку и пугать Алису еще больше. – Заплатил за проживание – вот его и приходится терпеть. А к странностям русских на курортах вообще привыкли.
– Но какие дикости он говорил! – Девушка, несмотря на то что стоял теплый и влажный вечер, зябко поежилась.
– Греки его не понимают, для них это просто нелепое бормотание по-русски… И вообще, не хватает еще портить себе отдых, обращая внимание на подобных субъектов. – Олег поднял свой бокал с вином. – Давай за нас. Пусть все сложится.
Алиса в ответ подняла свой бокал, но в ее глазах по-прежнему читалась тревога.
Они глотнули вина, не чувствуя богатого букета, и Олегу вдруг показалось, что его бокал наполнен пеплом. Разве можно пить пепел?.. Парень закашлялся.
– Пойдем отсюда. – Алиса встала и поставила на стол недопитый бокал.
– Пойдем, – согласился Олег.
Солнце уже село, и пришла тьма, такая густая и плотная, какая бывает только в южных широтах.
«И вышел из моря зверь…» – кажется, это из пророчества об апокалипсисе.
– Что бы ты делал, если бы знал, что сегодня последний день, а завтра наступит конец света? – спросила вдруг Алиса, остановившись на пороге ресторана.
Очевидно, она тоже думала о словах сумасшедшего.
– Я бы провел этот день с тобой, – ответил Олег. Он знал, что это было больше, чем красивые слова.
Алиса чуть заметно улыбнулась и на миг сжала его руку, а потом словно даже испуганно отстранилась.
– Я устала, – пробормотала она, – переезд и все остальное…
– Конечно.
Олег проводил девушку до ее комнаты и долго потом смотрел на закрывшуюся дверь. Ему не спалось, и, вместо того чтобы пойти в свой номер, парень отправился на веранду.
Было уже темно, и только здесь, на юге, Волков вдруг понял выражение «бархатная ночь». Она действительно казалась бархатной, будто бы мягкой на ощупь. Южные звезды гораздо крупнее северных, московских… Море едва угадывалось, хотя находилось неподалеку. До Олега доносился тихий плеск волн, запах соли, смешанный со сладким ароматом каких-то цветов… Играла негромкая музыка. Он словно попал в сказку.
Волков оперся рукой о каменные перила, еще хранящие тепло жаркого дневного солнца. Он даже ни о чем не думал – просто впитывал окружающее каждой клеточкой тела. Если бы только можно было сохранять кусочки жизни, фрагменты того, что увидел. Фотографировать – и в любой момент иметь возможность войти в фотографию, пережить памятное снова и снова… Или помещать ощущения в маленькие флакончики с залепленными красным сургучом крышками. Откроешь их посреди холодной серой зимы – и хотя бы на миг окажешься в жарком греческом лете.
Внизу зашуршал гравий.
– …такой необыкновенный! – услышал Олег женский голос. Говорили по-русски, и Волков удивился. Оказывается, русских в отеле не так мало, как ему показалось сначала. – Такой элегантный! И, представляешь, сегодня он придержал для меня дверь и улыбнулся.
– И притом, не забывай, женатый, – вмешался другой девичий голос, в котором в отличие от первого не слышалось и следа мечтательности.
– Тебе бы все только портить! – укоризненно воскликнула первая девушка. – А вдруг он не любит свою жену и поймет, что мы с ним созданы друг для друга?
– Мечтай, мечтай! – усмехнулась ее невидимая в темноте собеседница. – Видно же, как он на свою жену смотрит. А дверь тебе придержал просто из вежливости. Такое, знаешь ли, бывает.
Олег покачал головой. Опасные существа девушки, если могут из простого джентльменского жеста целую историю раскрутить и довести в своем воображении дело до свадьбы. Подслушивать не слишком-то занимательный разговор он не собирался и тихо, чтобы не смущать разговаривавших, которые и не подозревали о его присутствии, покинул веранду.
Он тут же позабыл о случайно услушанном разговоре, но утром невольно вспомнил о нем, заметив во время завтрака за соседним столиком двух девушек: темноволосую, с резкими чертами лица, одетую в черный топ и длинную юбку цвета хаки, и хорошенькую блондинку в крохотных голубеньких шортиках и белой маечке, приоткрывающей пупок, в котором поблескивал стразик.
Светловолосая, без сомнения, вчерашняя мечтательница, то и дело поглядывала на дверь, и было несложно догадаться, кого она поджидает.
Когда Олег пошел к кофейному аппарату налить себе и Алисе кофе, в дверях показалась красивая пара. Довольно высокий ухоженный мужчина в полосатой рубашке-поло и легких летних брюках, а рядом – хрупкая и очень красивая шатенка с медовой кожей, оттененной белым легким сарафаном.
Покосившись на блондинку с пирсингом, Олег понял, что вычислить объект ее интереса не составляет труда, но тут же пожалел девушку. Конечно, у нее нет никаких шансов против изысканной шатенки. Они принадлежали к разным категориям. Если бы обе являлись вещами, шатенка попала бы в магазин от-кутюр, а блондинка – в недорогой супермаркет. Интересно, откуда у девушек этот дар настолько не соотносить мечты с реальностью?!
Мужчина отодвинул стул для своей спутницы и мимоходом прикоснулся к ее руке так ласково и интимно, что Олег поспешил отвернуться. Эта пара создана друг для друга, что уж там говорить! Так что блондинка может сколь угодно долго пребывать в пустых мечтаниях. Бывает, что люди подходят друг другу настолько, что невозможно представить их по отдельности. Они словно две детали одного пазла.
– Красивая пара, – сказала Алиса, когда Олег поставил перед ней чашку с кофе. Оказывается, она тоже обратила на вошедших внимание. – Ну что, чем займемся?
– Сначала можно искупаться, а потом пойти наверх, в город. Или сначала пойти в город, а искупаться уже потом. Жизнь тяжела и полна трудностей, – пошутил Олег, отпивая свой кофе.
– Ну точно! – Алиса засмеялась. – Представляешь, до сих пор не могу поверить, что не нужно идти на занятия и быть осторожной, ожидая подвоха. Эти внезапные каникулы весьма кстати!
– О да, – кивнул Волков, – как раз купим сегодня сувениров, а то никто не поверит, что мы здесь отдыхали.
– Сувениры не так срочно, успеем! – махнула рукой Алиса.
– Купим заранее. Если программа окажется выполненной, можно будет потом не беспокоиться, – не согласился Олег.
– Как хочешь. – Девушка пожала плечами.
Они допили кофе и, остановившись на варианте, что сначала нужно искупаться, потом сходить в город за сувенирами, а затем искупаться еще раз, покинули столовую.
…Этот день пролетел, словно мгновение, доставив массу удовольствия. Странного типа, цитировавшего Апокалипсис, к счастью, не было видно.
Ближе к вечеру Олег сходил на пристань договориться об экскурсии на катере, а вернувшись, с удивлением обнаружил Алису в компании тех самых девушек, которых видел в столовой с утра.
– Это Аня и Лариса, – представила новых знакомых Алиса Панова. – Лариса учится на менеджера, а Аня пишет романы, представляешь?
Волков едва сдержал недовольную гримасу: радости новое знакомство, кажется, не сулило. И можно представить себе, какую ужасную приторную муру пишет эта Аня! Он был готов поспорить, из разряда тех книжек, на которых изображают парочку в нарочито страстном порыве: полуголую девицу с длинными светлыми волосами, прильнувшую к накачанному мужчине в призывно распахнутой на груди рубахе.
– Очень приятно, – тем не менее выдавил из себя Олег. – И что же вы пишете? – спросил он у блондинки. Она, кстати, успела сменить одежду, но, по мнению Олега, могла бы остаться в прежней: на розовом сарафанчике, таком же коротюсеньком, как утренние шорты, имелся вырез на животе, видимо, чтобы пирсинг привлекал к себе внимание денно и нощно.
– Я? – Блондинка растерялась.
– Ты перепутал. – Алиса, похоже, забавлялась ситуацией. – Это Лариса, а пишет Аня. – И она кивнула в сторону брюнетки.
– Романы ужасов, – мрачно произнесла та.
– Что? – не понял Олег.
– Я пишу романы ужасов, ты спрашивал, – окинув его ледяным взглядом, ответила Аня.
– Понятно, – кивнул Волков, про себя удивляясь, какая странная вещь – дружба и каких разных людей она подчас объединяет.
Разговаривать было не о чем. Ребята обменялись несколькими фразами по поводу погоды и отеля, а потом более сообразительная брюнетка утащила блондинистую подругу едва ли не за руку.
– Они слышали за завтраком, что мы говорим по-русски, вот и подошли познакомиться, – объяснила Алиса, когда они наконец остались с Олегом вдвоем.
– Надеюсь, эти подружки не испортят нам весь отдых, – вздохнул Олег.
– Да ладно, Аня кажется вполне вменяемой, – беспечно отмахнулась Алиса. – Ну что, идем кататься?
– Идем.
* * *
Засыпая, Алиса еще вспоминала прогулку на катере, брызги пены, летящие в лицо, и руку Олега, лежавшую на ее руке так свободно и естественно, что девушка уже едва могла представить их руки порознь. Как странно, что иногда люди ходят друг мимо друга, даже не подозревая о существующей между ними связи. Как же можно было ее не чувствовать? Как можно столь долгое время ее игнорировать?.. Отворачиваться от своей судьбы?
Она думала об Олеге, но, заснув, не увидела его, а почему-то оказалась во сне Ларисы. Девушке снилось, будто она сидит на веранде вместе с красивым темноволосым мужчиной из ресторана, который держит ее за руку, как Олег недавно держал Алису, и смотрит с такой заботой и нежностью, с какой в реальности смотрел на свою жену.
От этой сцены на душе сделалось неприятно, словно Алиса увидела что-то постыдное. Она уже собиралась покинуть сон, как вдруг ощутила присутствие еще кого-то.
Панова медленно оглянулась и на короткий миг встретилась взглядом с насмешливыми глазами весьма странного господина в блестящих лакированных туфлях. Он был одет в черный костюм, в одном глазу поблескивал старинный монокль, а другой хитро щурился. На голове у господина вместо шляпы красовался пышный венок из жестких темно-зеленых листьев. От него исходила странная энергия. Алисе даже показалось, что мир сна плавится рядом с незнакомцем или, вернее, тот пронзает этот мир насквозь. Никогда прежде девушке не случалось видеть ничего подобного.
А господин усмехнулся, подмигнул и исчез.
Кто он? Что за существо? И зачем здесь появлялся?
Алиса сосредоточилась и потянулась рукой к узору сна, чтобы распутать его и узнать, куда делся подозрительный господин. Но напрасно. Странного человека словно и не было, в мире снов не обнаружилось даже малейшего отпечатка его пребывания. Алиса знала, что такого просто не может быть: все на свете оставляет свои следы, но, сколько ни старалась, результат оставался прежним.
Под конец девушка почувствовала себя такой усталой, точно тащила на плечах тяжелый груз. Можно было бы забыть о короткой встрече, но Панова ощущала беспокойство. Все это неспроста, и незнакомец несет с собой опасность.
Алиса не сомневалась: нужно сообщить о происшествии тому, кто может разобраться в происходящем лучше, чем она.
– Криш! – негромко позвала девушка.
Несмотря на личные отношения, он продолжал оставаться их куратором, а еще Алиса чувствовала, что легко может до него дотянуться. Вероятно, даже легче, чем до Олега.
– Криш! – снова повторила она.
И вдруг перед ней, прямо в воздухе, возникло лицо господина с моноклем.
– Шалунишка! – Из воздуха без всякой видимой связи с головой появилась рука в черной перчатке и укоризненно погрозила Алисе пальцем. – Слишком рано! Будем считать, что ты меня не видела? Договорились, деточка?
Алиса моргнула. Перед ней стоял Криш.
– Что-то случилось? – спросил молодой человек обеспокоенно.
Девушка почувствовала досаду. Он что, следит за ней? Или, может быть, хочет вернуть былые отношения? Зачем являться незваным и вторгаться в сон, где его совсем не ждали?!
– С чего ты так подумал? – ответила она, отворачиваясь от его настойчивого взгляда. – Мы прекрасно отдыхаем и не нуждаемся ни в чьем контроле.
– Ты уверена? – Криш продолжал смотреть на нее так пристально, что взгляд ощущался буквально физически.
– Конечно. Извини. – И Алиса, протянув руку, открыла дверцу, чтобы уйти из досадного сна.
Криш молча смотрел ей в спину. Девушка шагнула в туман. Странно, ей казалось, будто до появления Криша она видела нечто важное, но вот что именно, вспомнить не удавалось, и Алиса оставила бесплодные попытки. Наверняка какой-то пустяк, что еще можно увидеть в обычном, ничем не примечательном сне. Как часто вспоминаешь что-то, думая, что это важно и значимо, и, только приложив титанические усилия и полностью измучившись, понимаешь, что обманывался и тратил время абсолютно зря. Хорошо, что на этот раз такого удалось избежать!
Наутро Алиса проснулась немного уставшей и с больной головой, а поэтому не пошла на завтрак. Часов в двенадцать Олег принес в номер сахарный, тающий во рту арбуз, нарезанный крупными кусками, и дыню, такую сладкую, желтую и сочную, словно она истекала чистым медом.
К этому времени головная боль прошла, и Алиса с Олегом, смеясь и пачкая друг друга сладким соком, устроили импровизированное пиршество.
Вышли из номера они уже ближе к вечеру и едва не споткнулись о большой чемодан, который катила по коридору красивая шатенка – та самая, которую они видели за завтраком в ресторане вместе с мужем.
В неверном свете коридорных ламп лицо молодой женщины показалось Алисе заплаканным, а в прическе и одежде ощущался едва заметный беспорядок.
– Вам помочь? – окликнул ее Олег.
Женщина, похоже, не услышала его вопроса или предпочла сделать вид, будто не услышала.
– У нее что-то случилось, – предположил Волков, когда шатенка вместе со своим чемоданом скрылась в лифте. – Может, заболел кто-то?
– Или с мужем поссорилась, – предположила Алиса, – иначе он не отпустил бы ее одну. Ну ничего, помирятся. Они, по-моему, идеальная пара.
Они спустились на террасу, взяли ужин и сели за столик, с которого открывался великолепный вид на море.
Пахло розами и солью, а закат уже разливался по горизонту между небом и морем. Ярко-голубой и алый причудливо смешивались, оставляя впечатление чего-то невероятного. Краски были такими сочными, что, увидев их на картине, Алиса бы решила, что художник преувеличил и ничего подобного в природе не бывает. Девушка глубоко вздохнула. И почему таких закатов не бывает в городе? Нет, даже не так. Пожалуй, таких закатов не бывает нигде, кроме Санторини, и каждый из них прекрасен, словно первый или последний закат, который видишь в жизни.
– Я сама иногда не верю, что действительно нахожусь здесь! – сказала Алиса, лакомясь изысканным сладковатым мясом краба, сбрызнутым лимонным соком. – Как будто в сказку попала.
– А на самом деле мы сидим в подвале академии и инициаты ставят над нами очередной психологический опыт, – брякнул Олег.
Шутка оказалась тем более несмешной, что подобное вполне могло происходить и на самом деле. Волков и сам это понял.
– Прости, – он слегка сжал Алисины пальцы, и ее сердце отозвалось на это прикосновение, забившись особенно учащенно, – дурацкая шутка.
– Я поняла. – Девушка кивнула.
– Если бы это был эксперимент, мы бы не спали и не видели снов. Вспомни, такого не было ни разу, – стал приводить аргументы Олег, – поэтому…
Он вдруг замолчал, потрясенно уставившись за спину Алисы.
Не в силах сдержать любопытства, девушка оглянулась.
Да, удивляться было чему. Прямо к ним дефилировала самая странная пара, которую только можно представить: тот самый брюнет, жену которого они недавно видели в коридоре с чемоданом, вел под руку блондинку Ларису, словно королеву, бережно и торжественно. Он был одет просто и, как всегда, стильно – в джинсах и белом поло, чуть расстегнутом на безволосой загорелой груди. Лариса же нарядилась в красную с синими и желтыми цветами мини-юбку, скорее подчеркивающую, чем скрывающую то, что юбкам обычно скрывать надлежало, и – о чудо – не топик, а розовую футболку, категорически не подходящую к юбке, на ногах у девушки были босоножки на высоченных шпильках, на которых красавица ступала не слишком уверенно.
– Может, мы все-таки спим?.. – пробормотала Алиса.
Тем временем Лариса заметила знакомых и потащила своего спутника к их столику.
– Привет! – затараторила она. – Познакомьтесь, это Пол. Он совсем не говорит по-нашему. Как баран. Да, Пол?
Он заулыбался и закивал, явно не понимая ничего из сказанного.
– Очень приятно, – машинально сказал Олег по-английски.
Брюнет обрадовался и попросил перевести прекрасной леди, которая не говорит по-английски, что она прекрасна и русские девушки самые красивые в мире.
Лариса кивала и буквально лучилась счастьем.
Они проговорили с новообразовавшейся парой минут пять, а потом Лариса заявила, что очень голодна, и потащила спутника под навес, где располагались блюда.
А Олег и Алиса, все еще не придя в себя, смотрели им вслед.
– Он сошел с ума? – предположил Олег. – Или она ведьма и чем-то его опоила. Может же такое быть?
– Нас все это время учили одному: может случиться все, что угодно, – тихо проговорила Алиса. – Лариса не кажется мне способной к чему-то вроде колдовства… но вдруг ей помогла подруга? Вот Аня гораздо больше похожа на адепта тайных искусств.
– В тебе говорят предубеждения, – возразил Волков. – По-моему, было бы забавно увидеть страшного злого некроманта в виде симпатичной девушки, предпочитающей розовое и стразики, а человек, обладающий готической наружностью, скорее всего, окажется простым и совершенно безобидным.
– Не исключено, – кивнула девушка. – Надо бы приглядеться к обоим. Или даже лучше ко всем троим. Кто знает этого англичанина, может, у него все в мозгах наизнанку.
Как раз в это время появилась Аня, еще более хмурая, чем обычно. Даже не взглянув в сторону подруги, она села за стол в углу и уставилась невидящим взглядом в пространство.
Алиса и Олег переглянулись. Что-то в атмосфере не так.
– Пойдем расспросим ее. Что-то случилось. – Алиса встала и потянула Олега за рукав футболки.
Аня не отреагировала на появление знакомых, и взгляд ее не стал осмысленнее.
– Тебе нехорошо? – Алиса с тревогой наклонилась над девушкой.
Та вяло махнула рукой.
– Все в порядке.
Дежурная фраза. Так говорят все, в особенности те, у кого дела совсем не в порядке.
– Извини, что настаиваю, но я же вижу, что это не так. – Алиса отодвинула стул и села рядом с Аней, которая наконец отреагировала на вторжение и уставилась на Панову с явным возмущением.
– Нам кажется, здесь что-то странное, – пояснил Олег.
– Это точно, – мрачно хмыкнула девушка. – Полнейшая ерунда.
– Ерунда? О чем ты? – спросил Волков, видя, что Аня не собирается продолжать.
– Да вот такая. – Она кивнула в дальний угол террасы, где за столиком сидели ее подружка и Пол. Он с готовностью раскрывал рот, а Лариса, смеясь, его кормила. Выглядело это на редкость нелепо и как-то не вязалось с элегантно-сдержанным образом англичанина.
– Влюбился? – решилась предположить Алиса.
Аня раздраженно пожала плечами.
– Скорее ему по башке шандарахнули, – заметила она.
– А как все это вообще случилось? Ну, я про них. – Олег кивнул в сторону ничего не замечающей вокруг себя парочки.
– Так и случилось. – Аня откинулась на спинку стула и закинула ногу на ногу. – Лариска проснулась в хорошем настроении. Даже пела громко в душе. Она вообще не очень поет и сама знает это. Вы, кстати, не думайте, будто она совсем глупая, у нее есть недостатки, но она не тупая дурочка и добрая… В общем, редко она в душе поет, а еще во весь голос. А мне кошмары ночью снились, настроение с утра было мерзкое, и голова раскалывалась. Я терпела-терпела, а потом и попросила ее заткнуться. А она так задумчиво говорит: «Знаешь, Анька, сегодня обязательно что-то хорошее случится!»
– Она что, умеет предсказывать? – скептически поднял бровь Олег.
«Было бы забавно, – подумалось Алисе, – может, мы создаем вокруг себя особое поле, в которое втягивает всех странных, обладающих особыми способностями, людей?..»
– До этого момента не замечала у Лары пророческого дара, – продолжала рассказ Аня, – но утром, когда мы вышли из номера, в конце коридора появилась та парочка англичан, или кто они там. Этот Пол вел под ручку свою жену, и вдруг его как по башке стукнули. Выпустил ее руку и уставился на Лариску, будто впервые увидел. Если бы это был мультик, вокруг его головы нарисовали бы звездочки и сердечки, а глаза в спиральки закрутили. Понимаете?
Алиса кивнула. Описание вышло удачным, но в обычной жизни такого эффекта ей видеть не приходилось.
– Вот только этих звездочек и сердечек ему не хватало, – мрачно проговорила Аня, – а остальные эффекты налицо. И глаза какие-то странные стали, точно у обдолбанного. Он, значит, к Ларисе и давай по-английски распинаться про то, что она – счастье его жизни. Его жена в полнейшем шоке. Пытается его как-то одернуть, но он от нее отмахнулся, даже ни разу не взглянул в ее сторону…
Аня снова замолчала.
– И что дальше? – Олег придвинулся поближе, чтобы не упустить ни единого слова.
Про еду все забыли, и сочные, в меру подрумяненные на решетке кусочки мяса, и свежие, пахнущие морем мидии, прямо в ракушках самых разных форм и размеров, без дела стояли на соседнем столе. Даже великолепный санторинский закат мог спокойно полыхать буйством красок, не вызывая к себе ни тени интереса.
– Я ей даже переводить эти глупости не хотела. – Аня вздохнула. – Видно же, человек в бредовом состоянии, невменяем совсем, но Лариска и так суть, конечно, уловила. А еще на меня обиделась. Забрала из номера вещи и ушла к нему. И вот – любуйтесь и аплодируйте.
– Все это действительно странно, – заметила Алиса. – А что тебе снилось? – вдруг спросила она Аню. – Ты говорила, кошмары?
– Фигня всякая. Не имеет значения.
Море внезапно отступило… На фоне предгрозового неба оно казалось застывшей на горизонте лавой. Обнажилось неровное дно, все в уступах и скальных наплывах. В небольших лужицах в панике плескалась мелкая рыбешка… Морские ежи, куполки медуз, какие-то неизвестные Алисе крупные рыбины лежали на оголившемся дне, похожие на брошенные в песочнице игрушки.
Было оглушительно тихо. Как будто нажали на паузу, и эта пауза полнилась грозным ожиданием. Сейчас чья-то невидимая рука опустится на play, и тогда…
Додумать Алиса не успела, потому что подул резкий ветер, почва рванула из-под ног, живая, похожая на норовистого коня, поднимающегося на дыбы. А на горизонте поднялась, закрывая небо, волна и понеслась на них.
Земля содрогалась в конвульсиях, виски чудовищно ломило.
Алиса сжала голову ладонями и… вынырнула из кошмара за миг до того, как тот мир, который она видела, перестал существовать, расколовшись на части, словно упавшее на кафельный пол блюдце.
Олег подхватил ее под руку, не давая упасть. В его глазах читался испуг.
– Все в порядке, – проговорила девушка, восстанавливая дыхание, и посмотрела на сидевшую напротив Аню: – Тебе снилось цунами? И землетрясение? Гибель этого острова?
Та, не сводя с нее взгляда, кивнула.
Значит, все верно. Алисе впервые удалось войти в тень сна, в воспоминание о сне. Но если эта тень была столь пугающе яркой, каков же оригинал? Теперь понятно, почему Аня плохо чувствовала себя утром.
– А я даже подозреваю, откуда такой сон взялся. – Олег все еще стоял возле Алисы, словно боялся, что девушка опять окажется на грани обморока. – Ты случайно не встречала мокрого пророка апокалипсиса?
– На пляже, – кивнула Аня. – Он входил в море прямо со своей книгой, а потом бродил вокруг загорающих и рассказывал всякие ужасы. Я еще подумала вставить такого персонажа в какой-нибудь ужастик.
– Тогда совсем не удивительно, что тебе приснилась катастрофа, – резюмировал Волков.
Аня передернула плечами.
– На редкость подробный и страшный сон. А уж я, поверьте, знаю толк в кошмарах… Но вот что, пожалуй, там самое страшное…
Девушка нахмурилась. Алиса ждала продолжения, и оно последовало.
– Человек. В моем сне он стоял на скале и наблюдал за тем, что происходит. Он был далеко, но почему-то мне казалось, что он знает, что мы все умрем, и наблюдает за этим с равнодушным любопытством, как наблюдают за животными в зоопарке… – тихо сказала Аня.
Глава 5
Древнее святилище
Несмотря на все странности вечера, ночь для Олега прошла неплохо. Кажется, снилось что-то легкое и приятное, а что именно, он не запомнил.
Утром, после купания – а ничего не бывает чудеснее купания в теплом море прямо с утра, когда солнце еще милосердно-мягкое, – Олег и Алиса решили все же посвятить день учебному заданию. Волков, правда, поворчал немного, что вся эта поездка к старому греческому святилищу и последующее написание реферата придумана скучающими преподавателями просто так, чтобы студентам жилось не слишком хорошо и привольно, но Панова привела неоспоримый аргумент: почему бы и не поехать, заодно Крит посмотрят.
В общем, бросив в сумки средство для загара, шляпу, документы и пляжные полотенца – куда уж без них, – они вызвали машину, чтобы добраться до порта.
От Санторини до Крита несколько часов на быстрой ракете. Довольно комфортабельной, если бы не случившаяся сегодня качка, способная подарить всякому неопытному мореплавателю поистине незабываемые впечатления.
Хорошо, что удалось раздобыть таблетки от укачивания, но в любом случае и Олег, и Алиса были счастливы на нетвердых ногах ступить наконец на землю знаменитого критского царя Миноса. Когда-то, еще до того, как на остров пришли ахейцы, здесь процветала минойская цивилизация, воспоминания о которой сохранились большей частью в легендах. Считается, что именно извержение санторинского вулкана, несмотря на то что остров Санторини отделяет от Крита более ста километров, погубило эти развитые и процветающие земли.
